Автор
Летний урожай делил на две части: радость и страдание. Всех волновал один вопрос — что будет с Богданом Городовым, обвиненным во всех грехах захлебнувшимся в поле. Атмосфера загадочна и напряженна, как будто сам жатвенный процесс подтачивает почвы надежд и веры местного жителя....
– Так если по собственному желанию, разве ж это проститутка?
– Ну да, три рубля – это не деньги… – хмыкнул Гена. – За бутылку водки отдаются, а это как минимум десятка. Разве ж не проституция?
– Бытовая проституция. А Зойка, я так понимаю, профессионалка.
– Точно. У «Камы» снимается, в гостиничном ресторане.
– А где живет?
– Адрес она, конечно, сказала, но можно ли ей верить, вот в чем вопрос… Они свои адреса от балды говорят. Ну, если в паспорте прописки нет…
– Как это прописки нет?
– В смысле городской прописки… Так, Мыловарова Зоя Викторовна, одна тысяча девятьсот семидесятого года рождения, проживает в городе Камыш, улица Котовского, дом шестьдесят четыре… Где Камыш, знаешь?
– Нет.
– Это шестьдесят километров вниз по реке… Только там ее не найдешь. Здесь она где-то ошивается… Здесь, в Народовольске, проживает по улице Свободы, дом четырнадцать, квартира пять. Но это липа. Хотя проверить нужно…
– Кто с ней работает?
– Хороший вопрос, – покровительственно улыбнулся Федорук. – Есть в тебе оперская жилка…
Он снова полез в свои записи и выдал три фамилии с адресами.
– А на кого они работали? – спросил Богдан.
– И это правильный вопрос… Только у меня с этим строго, – важно нахмурился старлей. – Был у них сутенер, Яшка Глазов. Угадай, где он сейчас?
– Неужели сидит?
– В точку! Я его на два года откомандировал… Кстати, Зойка показания на него дала. Даже в суде свидетельствовала…
– Давно это было?
– Да нет, недавно.
– А Яшка этот на кого работал?
– Вроде как сам по себе. А так ходят слухи, что эту точку возле гостиницы люди Шурина держат.
– Слухи?
– Ну, Шурина за яйца не возьмешь. Он человек осторожный… А тебя что, Шурин интересует? – с едва заметной настороженностью спросил Федорук.
И это не понравилось Богдану. Сразу вспомнились слова Ревякина, что кто-то в отделе мог продаться Шурину. Возможно, Федорук из таких. Уличать его в том не надо, но на эту тему с ним лучше не распространяться.
– Меня Зойка интересует.
– Хочешь сказать, что Шурин тебя заказал?
– Да нет, зачем ему это? У меня с ним никаких трений. Я вообще смутно представляю, кто он такой.
– Крупный бандитский авторитет. Бригада своя, рэкет, незаконный бизнес…
– Ну, про это я слышал. А что конкретно, пока не ясно…
– А надо вникать, лейтенант. Шурин со своей бандой в нашем районе орудует.
