У костра, разведенного еще одним молодым воином, Амаль увидел всех своих боевых товарищей в количестве одиннадцати человек. Все они были непривычно тихи. А рядом с ними стояла странная троица — двое совсем молодых парней и тощий мальчишка, которому никак уж не светило попасть в солдаты. Вся троица была светлокожей, будто жители королевства, хоть и помотавшиеся под жарким солнцем, и с довольно мирными лицами. Зато старшие ребята были одеты в облегающие черные одеяния, чем-то напоминающие боевую одежду зловещих ассасинов. Впрочем, всем известно, что ассасины давным-давно не появляются среди людей!
— К тебе тут пришли, — сказал Шамад. Выглядел он както очень странно — лицо его было помято и исцарапано, словно… ну, словно, к примеру, его хорошенько поколотили прочной метлой, вроде тех, что были за плечами у старших гостей. Но кто мог бы поколотить силача Шамада, прекрасно владевшего острым кривым клинком, Амаль даже представить себе не мог.
Во всяком случае это никак не смогли бы сделать двое миролюбивых пареньков и мелкий мальчишка. К тому же лица и руки были исцарапаны у всех воинов, а это совершенно неслыханно, чтобы двое юношей поколотили одиннадцать человек!
— Здравствуй, Амаль! — воскликнул один из парней, тот, что покрепче и повыше. Подошел к Амалю и, не гнушаясь запаха, крепко его обнял. — Меня зовут Три, я из племени соледелов. Это мой друг Ти и его младший братец, блаженный Ага. Твой отец, любезнейший Хамуд, у которого мы гостили, передает тебе привет, вот этот вот соленый сыр и интересуется, как твои дела!
— У меня все хорошо, — сглотнув слюну, ответил Амаль. — Как чувствует себя папа, мамы, братья и сестры?
— Замечательно, — порадовал Амаля Трикс.
— А как чувствуют себя верблюды и овцы? — продолжал Амаль.
— Они хорошо пасутся и доятся, — продолжил Трикс. — Твой уважаемый отец рассказал нам, что ты достиг большого уважения в войсках славного Алхазаба и можешь поспособствовать нам в том же…
Кто-то из сидящих у костра воинов нервно хихикнул. Юноша по имени Трикс нахмурился и посмотрел на Шамада. Шамад покрылся каплями пота и посмотрел на хихикнувшего воина. Тот закрыл голову руками и пригнулся.
— Все вы любите славного Амаля, сына достойного Хамуда, — нежным мелодичным голоском сказал второй юноша. — Ведь верно?
— Все мы любим Амаля! — хором ответили сидящие у костра.
— Мы еще зайдем и проверим, — небрежно обронил Трикс. — Вы же все воины славного Алхазаба, верно?
— Верно! — хором взревели воины.