Автор
В просторной и уютной комнате госпожи Клей Вирджиния Стьювизант казалась маленькой волчицей против сильного ветра. Упрямая дочь отказывалась выходить замуж за англичанина, который станет герцогом. Миссис Клей пристально смотрела на свою дочь, словно на чудовище, и твердо говорила о будущем, которое ее дочери придется принять....
– Почему вы постоянно говорите об отъезде? Вы только что прибыли. История создавалась не в один день, и вы не можете углубиться в нее за несколько недель, да и за несколько месяцев. Вы знаете, что нам с матушкой приятно видеть вас здесь.
– Как вы можете говорить так, когда я только что приехала?
– Мне не требуется много времени, чтобы составить свое мнение о человеке. С той минуты, как я увидел вас в комнате моей матери, я понял, что вы не такая, как все.
Вирджиния промолчала. Она вспомнила, что увидела его прежде, чем войти в замок.
"– Я должна вернуться к работе, ваша светлость, – холодно проронила Вирджиния. – Благодарю вас за карты.
– Я хочу сам показать их вам, – заявил герцог. Он развернул сверток, но в этот момент в библиотеку вошел дворецкий. – В чем дело, Мейтьюз? – раздраженно спросил герцог.
– Из конюшен прислали сказать, что прибыли лошади, которых вы хотели посмотреть, ваша светлость.
– В таком случае я должен немедленно идти, – заторопился герцог. – Извините, мисс Лангхолм, но я сказал торговцу лошадьми, у которого есть для продажи прекрасные животные, что мне хотелось бы взглянуть на них. Вы извините меня?
– Конечно. – Вирджиния хотела добавить, что ей было бы интересно посмотреть на лошадей, но поняла, что это будет выглядеть слишком самоуверенно.
– Я ненадолго, – тихо сказал герцог и, оставив сверток на столе, вышел из библиотеки.
Вирджиния мысленно заставила себя опомниться и вернулась к книгам. Но едва она успела мельком просмотреть одну из них, как дверь снова открылась.
– Доброе утро, мисс Лангхолм!
Герцогиня вошла в комнату, шурша шелком великолепного серого платья, отделанного кружевом. В ее ушах сверкали бриллианты, и нитка великолепного жемчуга свисала с ее шеи до тонкой талии. Она держала на поводке своего старенького мопса, который был слишком толстым и не мог двигаться быстро, а поэтому едва-едва с сопением и храпом следовал за ней.
– Доброе утро, ваша светлость!
– Как я поняла, мой сын был здесь, – сказала герцогиня, оглядываясь, как бы в поисках герцога, спрятавшегося за книжными полками.
– Он был несколько минут назад, но его вызвали в конюшни, чтобы посмотреть каких-то лошадей.
– Лошади! Лошади! Только об этом и думают все мужчины! Хотя, должна признаться, я сама получаю от них удовольствие, если они участвуют в скачках.
