Автор
В Америке во время войны Дэвид находит способность воспринимать даже незначительные изменения в ветре. Его взгляд прорывался через проступки окна, где он угадывал ее silhouette — девушку-сирену, зажигаемую звездами и мерцанием свечей. Эта книга о любви, силе ветра и неповторимых переживаниях войны....
— Если ты считаешь…
— Я считаю, что кто-то осуществил тщательно продуманный план, чтобы убить меня. Не знаю, зачем ему это понадобилось. В равной степени я уверен, что кто-то решил убить тебя. Мне известны все тайные коридоры, галереи, лестницы, ниши и щели в этом замке — если ты удосужишься вспомнить, он принадлежит мне по праву рождения. И потому я считаю, что имею право приходить в эту комнату и уходить отсюда, когда мне заблагорассудится, а тебе, учитывая обстоятельства, следовало бы позаботиться обо мне.
— Позаботиться о тебе! — выдохнула Шона.
— Миледи! — с притворным ужасом воскликнул он, глядя на нее в упор. — Неужто эта задача вам не под силу? Мне показалось, вчера ночью вы были рады моему присутствию. Может статься, месть, приготовленная для вас, окажется сладкой.
— Убирайся! Ты грубый…
— Безжалостный, — поправил Дэвид и вновь окинул ее долгим воспламеняющим взглядом. — И настроен очень решительно.
— Ты решил мстить?
— Найти истину, — возразил Дэвид. Странный блеск вспыхнул в его глазах, голос стал еще более хриплым.
Он по-прежнему крепко держал ее. Вероятно, он слышал грохот ее сердца, чувствовал неудержимую дрожь. Она рванулась прочь, в бешенстве выкрикнув ему в лицо:
— Так обратись к властям! К королеве! Верни то, что принадлежит тебе по праву рождения…
Он резко встряхнул ее за плечи, чтобы заставить замолчать. Их взгляды встретились, и Шона тут же поняла, что теперь он не насмехается: зеленые глаза смотрели пронзительно и сурово, черты лица затвердели.
— Если я обращусь к властям, Шона Мак-Гиннис, я разыщу лучшего адвоката в стране и обвиню весь клан Мак-Гиннисов в умышленном убийстве, а поскольку тот факт, что я жив, будет самым неопровержимым доказательством, вероятно, добрую половину твоих родных приговорят к виселице, а тебя, вероятно, сочтут главой заговорщиков.
Решив ответить с достоинством и не поддаваться взрывам ярости и страха, которые так легко завладевали ею в присутствии Дэвида, Шона снова попыталась освободиться, и Дэвид отпустил ее.
— Поступайте, как вам будет угодно, лорд Дэвид Даглас. Появляйтесь в этой комнате и исчезайте, а я всеми силами постараюсь не умереть от потрясения при ваших внезапных появлениях, пока мы не доведем дело до конца. Только держитесь на расстоянии, лорд Даглас, и больше я не стану возражать.
