Проклятие превратило её в камень, но перед этим она получила легендарное Сердце Стужи – магическую силу, которую по традиции должна передать мужу. Женщины считаются неспособными управлять такой магией. Но всё меняется одним разговором, который заставляет её бросить вызов древним законам и...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Неправильная невеста. Сердце Стужи» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Проклятие превратило её в камень, но перед этим она получила легендарное Сердце Стужи – магическую силу, которую по традиции должна передать мужу. Женщины считаются неспособными управлять такой магией. Но всё меняется одним разговором, который заставляет её бросить вызов древним законам и...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Проклятие превратило её в камень, но перед этим она получила легендарное Сердце Стужи – магическую силу, которую по традиции должна передать мужу. Женщины считаются неспособными управлять такой магией. Но всё меняется одним разговором, который заставляет её бросить вызов древним законам и...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Может, завтра им встретятся новые трудности на пути, может, вскоре им предстоит расстаться по воле злого рока, но в эти мгновения, находясь в этом чудесном месте, они могут забыться и думать только друг о друге.
– Это о чём же? – её воинственность рассеялась, и она снова смотрела чуть испуганно.
– Сегодня наша первая брачная ночь, – шепнул он, прежде чем поцеловать любимые губы.
/Сумеречный/
За решёткой послышались шаркающие шаги. Рикард привстал с узкого лежака на полу, прислушиваясь. У окошка кованой массивной двери мелькнула тень. Неизвестный прошёл мимо. Сумеречный воин вновь тяжело опустился на пол, поморщившись от боли в спине. Камера не предполагала комфорта. Набивка лежака давно истощилась, фактически приходилось сидеть на каменном полу и справлять нужду в углу. Впрочем, последнее не проблема, учитывая, что пленника не спешили кормить. Кажется, о нём вообще забыли. Он проснулся в этой маленькой камере несколько часов назад и при всём желании не мог сказать, сколько прошло времени с тех пор, как он попал в нижний мир. Они попали… Но Холгера больше нет. Там, где он всегда ощущался, теперь была пустота. Рикард чувствовал невероятное одиночество и безысходность. И ждал. Ждал, когда за ним придут и начнут ужасающие пытки. Но никто не приходил…
Откинувшись спиной на стену, Рикард устало прикрыл глаза. Перед мысленным взором мелькали воспоминания, совсем далёкие и близкие. Он мог бы написать целую книгу о своей жизни. Как сын простого кузнеца подался в наёмники, пробился в известный клан сумеречных воинов, выжил после гибели всех его членов и отправился на край мира, чтобы дать покой душе своего учителя. И как закончил свою жизнь в нижнем мире? Об этом он не хотел думать. И уж тем более писать.
Желание бороться не пропало, даже несмотря на кажущуюся безвыходность ситуации. Наверное, это говорили в нём привычки, природный оптимизм. В конце концов, он выбирался из таких передряг, в которых невозможно выжить. Как бы то ни было, такая книга не будет написана. По крайней мере, не им. Рикард не дружил с пером и чернилами. Зато был хорошим рассказчиком. По его предвзятому мнению. Да только кто его оспорит в пропахшей нечистотами камере? Холгера больше нет. Его учителя, друга, того, на кого он равнялся. Но уж что он точно мог сказать, Холгер бы не одобрил уныния. Он был борцом.
Снова раздались шаги. Те же шаркающие. Тюремщик ходил между камер. Нижнее окошко в двери опустилось, на него поставили поднос с тарелкой и кружкой. Демон что-то проревел. Рикард не понимал языка, зато осознал посыл. Потому рванул к двери и схватил еду, прежде чем окошко захлопнули. То всё равно ударило по тарелке и часть похлёбки разлилась. Выругавшись под нос, Рикард вернулся к лежанке. Живот урчал.
