Автор
Внутри шкафа с мерцанием плещутся изящные туфельки и нежный розовый шарфик — детали вдохновлены сказочным миром. Книга "Неправильно, но сладко" начинается маленьким эльфийским голосом, описывая первые хрупкие шаги юной героини на холодном зимнем воздухе.
И все внутри почему-то замирает в ожидании, некстати напоминая, что последний раз радости секса я испытывала год назад, да и радостями их можно назвать с огромной натяжкой…
А я еще и выпила прилично… А он ведет себя совсем неприлично… Так прямо очень-очень… неприлично… Ай… Очень-очень-очень неприлично!
— Горячая беляночка… — бормочет он и опять целует. И в этот раз я не сопротивляюсь.
Поцелуй получается долгим, горячим настолько, что я буквально таю, уже безвольно обвисая в его лапах и покорно подставляя под опытные губы шею и грудь… В конце концов… Можно оправдать себя тем, что нет возможности сопротивляться… Он слишком сильный…
Конечно, я отдаю себе отчет в том, что здесь дело не только в его безусловной, довлеющей силе.
Но тут еще что-то накладывается, такое… Неправильное, но сладкое-сладкое…
От него приятно пахнет мужчиной, а еще чуть-чуть рыбой и снегом.
А еще у него твердые руки и опытные губы."
"И целует он так, как меня вообще никогда не целовали.
И, конечно, это насилие… И, возможно, он маньяк… Но такой сексуальный…
Он опять что-то бормочет, распаляясь еще больше, и я ощущаю себя безвольной куклой, которую треплет большой пес, пока что играясь, без желания разорвать…
Такси приезжает очень вовремя.
Нас ослепляет фарами, мужик, ругаясь, ставит меня на снег, тут же ловит, потому что ноги-то у меня до сих пор не чувствуются!
Придерживая, запахивает заботливо и ревниво шубку, проводит пальцами по губам, приподнимает за подбородок, заглядывая в глаза, усмехается в бороду:
— Подарок какой… Поехали, беляночка?
И я… И я киваю! Бляха муха! Я сначала киваю, а потом охереваю от того, что сделала!
Не знаю, что на меня такое находит: то ли парочка выпитых коктейлей, то ли его напор неожиданный, то ли совокупность этих факторов…
Но это случается, и, уже оказавшись в машине, придавленная к сиденью тяжеленным телом случайно встреченного и спасенного мною мужика, я ощущаю, что не хочу сейчас обдумывать ничего, не желаю анализировать…
Через день наступит Новый Год, это будет тридцатый год моей жизни.
И все это время я вела себя очень правильно. Всегда.
