В Неразрезанных страницах — мир, где каждая травинка и мха запечатлены в памяти природы. Жить без живой природы кажется невыносимым. Но вот он поднимается по лесной тропе, мыслью отдаляясь от суеты, и внезапно вспоминает о маме. Его решимость спасти мир начинается с простых шагов среди диких растений. Встреча с природой оказывается не менее важной частью борьбы за выживание, чем любая другая задача....
Знаменитый писатель в это время думал, какой породы эти собачки. Может, карликовый пудель? Нет, не годится, старо! Тогда той-терьер. Тоже не годится. Порода совсем мелкая, а девушки довольно крупные.
– Здрасти, – бритый в кедах сунул Алексу руку и энергично потряс. – Я вас читал, на самом деле. Мне понравилось!
– Спасибо.
– А мюзикл не хотите поставить? Это сейчас модно!
– Я не ставлю мюзиклов. У меня слуха нет.
– Да нет, вы не поняли. Я сам поставлю, а вы либретто напишете! Мы бы денег подняли! Вы же сейчас в моде! Ваше имя на афише, и все в порядке, народ сам пойдет, даже постпродакшена никакого не нужно! Ну как?
При слове «мюзикл» одинаковые девушки одинаково насторожились, напружинились, вытянулись в струнку, и теперь походили уже на собак охотничьих, а не декоративных.
– Да вы присаживайтесь, – предложил Алекс, которому надоело стоять и хотелось еще выпить.
– Нет, нет, – застрекотала солистка Симона, – нас ждут. Нас же ждут, правда, Федя?
– Федя съел медведя, – неожиданно сказал Корсаков и подмигнул Алексу.
– Я не умею писать либретто!
– Да какая разница! Лишь бы фамилия на афише, а там уж наплевать. Вы писать будете полдня, а бабла поднимете, – и он попилил рукой по горлу, показывая, сколько именно Алекс сможет «поднять бабла». – Вот телефончик. Звоните, если надумаете!
– Алекс, – засвистала Фия, когда они отошли, – вот удача! Это же сам Корсаков! И он вот так с ходу вам предложил проект!
– Это не проект, а какая-то чепуха.
– Мюзикл! Это же чудо из чудес, как говорится! Особенно если он сам берется его ставить! Это ж будет хит!
– Я ненавижу слово «бабло».
– Вы ему обязательно позвоните! Только если будете писать, сразу обговорите гонорар и проценты! И еще солистку! Вам же обязательно понадобится солистка! Господи, это так волнительно, когда сам Корсаков вдруг предлагает что-то поставить! Люди этого годами ждут!
– Я ненавижу слово «волнительно».
– А я вам все расскажу! И помогу, как говорится! Хотя у вас наверняка есть юристы, адвокаты и всякое такое! Вы, главное, соглашайтесь! Это же так круто!
– Принесите мне еще виски, – попросил Алекс официанта.
Теперь, после визита Федора Корсакова к его столику, он, видимо, перешел в какую-то другую квалификационную подгруппу, гораздо более высокую, потому что официант все время маячил рядом.
– Вот видите, как хорошо, что мы с вами встретились! Это же судьба, правда?
– Фатум? – осведомился Алекс.
