Возвращение домой стало катализатором для Звягинцева. Он покинул грандиозный спортивный клуб в Москве, чтобы вернуться в маленький городок Михайловск, где его сердце и душа всегда находились. В каждом окне экспресса «Москва-Михайловск-Лиловск» виднелись знакомые фермы и ухоженные парки — миры, которые казались медленнее, чем жизнь вне этих стен....
И не в мяч попал — четко в ноги нападающему. В штрафной площади. Нап и рад стараться, покатился, заорал, медики к нему побежали.
— Зачем?! — я схватился за голову.
Думченко с Щенниковым поперли на Колесо, тот попятился, поглядывая на судью с надеждой.
Но арбитр четко махнул красной карточкой и указал на точку пенальти, и под ругань Саныча и гудение трибун Василий Ан поплелся с поля, как побитый пес.
Ну что тут поделать…
Так бывает, когда игра становится жизнью и просто не можешь пропустить мимо себя — нельзя, сзади ворота! И в угаре этом игровом…
Вот теперь нам — пенальти.
Но это не так страшно, я спасу. Хреново, что у нас теперь во-от такая дыра в защите. Щенников хоть и рвал жилы, но сильно уступал выбывшему Матвеичу.
Судья еще раз напомнил всем, что входить в штрафную до удара нельзя. Напомнил бьющему, что бить надо сходу, не останавливаясь, мне — что как минимум одна нога должна стоять на линии…
А время-то идет: арбитр будто специально нам подыгрывает, не первый раз замечаю. Так и подмывало его поторопить, но нельзя.
Я сосредоточился на противнике, считал его желание: имитировать удар в левый верхний угол, чтобы я прыгнул, и пробить прямо и вниз.
Свисток.
Удар!
Я тоже имитировал движение влево, но остался стоять и отбил мяч ногой — радостно взревели трибуны. Мяч вылетел в поле. И Щенников с сумасшедшей улыбкой запулил его вверх.
Уф…"
"— Выдохнули! — заорал Димидко, вытирая лоб — он аж вспотел от напряжения.
Да, тут обыгрываться никак нельзя. Тут надо просто и тупо вышибать мяч подальше, давая своим передышку.
Но счет пока еще в нашу пользу!
И вдруг показалось, что вдесятером нашим играть стало легче, словно Колесо мешал. А может, просто мобилизовались пошла игра в пас. И уставшие, «наевшиеся» Микроб с Бураком опять залетали соколами, а тяжелый и высокий Рябов вдруг оказался вовсе и не тяжелым.
И снова Погосян…
Чуть ли не сев на шпагат, он перехватил и ткнул его вперед. Там оказался правый крайний, Любомир Бурак. Он сделал три шага и бахнул аж на другой край. И снова — Микроб. Как он это сделал? Вытянул ногу, поймал мяч на носок левой, опустил на газон, проткнул мимо своего противника, пробежал — как, как пробежал, ведь не мог уже двигаться? Не похоже это на способности, видимо, второе дыхание открылось.
И выдал сильный прострел в штрафную.
