Возвращение домой стало катализатором для Звягинцева. Он покинул грандиозный спортивный клуб в Москве, чтобы вернуться в маленький городок Михайловск, где его сердце и душа всегда находились. В каждом окне экспресса «Москва-Михайловск-Лиловск» виднелись знакомые фермы и ухоженные парки — миры, которые казались медленнее, чем жизнь вне этих стен....
— Александр приезжал к нам в Кардифф, и я не могла не познакомиться с земляками, в том числе с ним.
Я сосредоточился на желаниях Радина: он боялся. Просто боялся непонятно чего и хотел, чтобы мы с Энн поскорее разошлись. Неужели вот так просто я нашел крота, и если потянуть за ниточку, можно выйти…
Я встретился взглядом с Тирликасом, стоящим на балконе второго этажа и мило беседующим с той самой синеглазой пышкой. Он кивнул вроде как ей и отвернулся. Жаль, что он не телепат!
Под ложечкой засосало, и по позвоночнику начало подниматься колючее, льдистое дурное предчувствие.
Глава 29
Не то, чем кажется
Обстановка в «Гранте» уже не виделась пафосной и праздничной. Скорее она теперь напоминала бар «От заката до рассвета», где идет разгульное веселье, но непонятно, под чьей личиной скрывается упырь. Нина, где же ты? Она должна была нас сопровождать под видом охранницы.
Я выставил локоть, Энн взяла меня под руку, и мы направились вглубь зала к пустующим столикам.
— На тебе лица нет. Голова так и болит?
Девушка вздохнула.
— Такое впечатление, что стало хуже. Не сплю. Глотаю таблетки горстями, чтобы глушить боль, когда надо улыбаться.
Спину сверлил чей-то недобрый взгляд, аж почесать между лопаток захотелось. Я обернулся, думая, что это или Радин, или кто-то из гостей, что обосновались на втором этаже, но на балкончиках никого не было, потому что стриптизерши ушли на перерыв, смотреть стало не на кого, и снова заиграл оркестр.
И все же кто так меня ненавидит? Я подумал на завидующего Жену, но встретился со взглядом Погосяна, и меня до костей пробрало. Мика сразу же отвернулся. Ревнует. Думает, что я обманываю девушку, которую он любит. И как объяснить, что это не так?
— А после таблеток я как чумная, — все жаловалась Энн.
Я отодвинул стул от столика, стоящего у окна, помог Энн сесть, занял место напротив нее. Подумав немного, пересел ближе и прошептал одними губами:"
"— Александр Радин, организатор, — он ведь наш?
— Ты о чем?
Удивление на лице девушки было искренним.
— Он так занервничал, когда ты пришла. Может, ты нас познакомишь? — закосил я под дурачка. — Пусть не волнуется, поймет, что мы заодно.
