В мелкой и извилистый речке, пологий однообразным песком, другой крутыми обрывами, на плаву застряли случайные мусорки. Тихая вода окутывает грязный целлофановый пакетик и кочан гнилой капусты — типичная натюрмортная композиция для городского берега. Так начинается необычная история, где жалость давно уступила место решительности....
Не любил он Катьку, но ему хотелось сделать ей хоть что-нибудь приятное.
– Ты меня любишь?
– Да.
Вряд ли она ему поверила, но счастливая улыбка тем не менее засветилась на ее лице.
– Тогда – еще одно условие. Она не должна брать твою фамилию... А когда мы снова распишемся, я возьму твою... И ребенка тебе рожу...
– Договорились.
– А еще лучше, я сама с ней поговорю.
– А вот этого не надо, – покачал головой Алик. – Когда вернемся, тогда и поговорим...
– Вернетесь?! – встрепенулась вдруг Катька.
– Вернемся. Когда все уляжется...
– Что уляжется?
– Ну, может, Касатон сгинет. На него Москва конкретно напирает. Он говорит, что разобрался с этим, но мне кажется, что это не так...
– Касатон сгинет... А если ты сам сгинешь?
– Во-первых, я не дам застать себя врасплох, а во-вторых, не факт, что Игорек выйдет на меня. Зачем я ему нужен?
– А зачем он тебе нужен?
– Мне?"
"Еще сегодня утром Алик, не раздумывая, однозначно ответил бы на этот вопрос. Он должен найти Игорька и убить его.
– Ну, жалеть его не буду, – в смятении пожал плечами Алик.
– И все?
– Надоело мне все это...
– Может, лучше за границу уедем?
– Купим дом в Испании? – в насмешку сказал он.
– И что здесь такого?
– Будем жить с твоей мамой?
– Нет, родители останутся здесь.
– И что с ними здесь станет? Касатон тебе через них отомстит.
Раньше о своих родителях Алик думал мало, навещал их редко. А сейчас ему вдруг стало страшно за них.
– Касатон – опасный человек, – заключил он.
Разубеждать его в этом Катька не стала. Утром следующего дня они отправились в загс. Энная сумма денег ковшом бульдозера легко сдвинула в сторонку статью в законодательстве, и уже вечером Алик получил развод.
А еще через день он стал законным мужем гражданки Неспеховой.
Часть третья
Глава 24
Черно-белый день, черно-белые люди – первый спереди, второй сзади.
– Так, а ну-ка давай-ка поближе.
Покойник вдруг поднялся на ноги, киллер быстро попятился назад. Но это всего лишь обратная перемотка. На самом же деле убитый лежит сейчас в морге, а его палач пока что еще на свободе.
