Для Патрика Лесли стало совершенным потрясением видеть ничем не прикрытую боль во взгляде темно-синих глаз Ботвелла. Он, пусть и был законным мужем, но все же испытал сочувствие к любовнику жены, хотя и понимал, что если слегка задеть кузена, тот потеряет контроль над собой.
– Френсис, – негромко начал Гленкирк, стараясь говорить предельно мягко, – я любил ее с тех пор, как нас обручили: ей было тогда всего четыре года, – и, думаю, она тоже любила меня, но лишь потому, что все вокруг ждали от нее именно этого, а она не знала никого другого. Я не был монахом и по достоинству оценил драгоценность, которая предназначалась мне. Если бы я от ревности два с половиной года назад не потерял голову, она продолжала бы любить меня, но сделанного не воротишь. Ты же оказался мудрее: рассмотрел ее истинную ценность – как человека – и взял то, что я так бездумно потерял. Джеймс обрек нас: если бы он действительно любил Кэт, то желал бы ей счастья с тобой, как желаю его я, а он заставляет ее вернуться ко мне. Я готов поклясться, Френсис, что на этот раз буду защищать ее и заботиться о ней. Она никогда уже не полюбит меня, но хотя бы будет в безопасности!
Ботвелл на секунду прикрыл глаза, явно пытаясь справиться со слезами, потом негромко и хрипло проговорил:
– Ты должен овладеть ею. Не старайся быть с ней любезным и не жди, когда она справится со своей обидой. Если поведешь себя иначе, то потеряешь ее навсегда. Мы с Катрионой очень привязаны друг к другу, но если проявишь любовь, то сможешь смягчить ее боль. Только ради всего святого, будь с ней нежен и ласков: она ведь не крепостная стена, которую надо брать штурмом.
Гленкирк покраснел, но Ботвелл сделал вид, что ничего не заметил, и встал.
– Да, и еще одно: перед тем как покинуть Шотландию, я хочу повидаться с ней.
– Покинуть? – удивленно переспросил Патрик. – Неужели Джеймс изгоняет тебя из страны?
– Нет, до этого пока не дошло, но я знаю, что мы не сможем ужиться в одной стране с этим коронованным ребенком. Кроме того… он отнюдь не склонен держать слово, так что уже довольно скоро попытается пересмотреть те условия договора, на которые согласился сейчас, а наш милый Джон Мейтленд начнет подстрекать его на новые действия. Джеймс не согласится на полумеры, Патрик, не обольщайся по этому поводу. В Шотландии скоро все изменится. Леннокс, Ангус и другие лорды захотят использовать меня в противостоянии с Джеймсом. Не думай, что я не понимаю этого. После очередной серии стычек мне придется уехать, и я это знаю. Вот я и хотел бы попрощаться с Катрионой, если, конечно, ты позволишь.
– Боже мой, Френсис! Не слишком ли многого ты требуешь?
Взгляд голубых глаз Ботвелла стал жестким.