Мужчины дали ей несколько минут, чтобы успокоиться, потом Ботвелл негромко попросил:
– Продолжай, девочка. Это очень важно.
– Они спрятали меня в сундук и велели сидеть тихо до тех пор, пока все не успокоится, а потом бежать к Карло и оставаться там до вашего возвращения. Уже из сундука я услышала, как дверь в спальню выбили и в комнату вломились пираты, но ни миледи, ни Сюзан они не тронули, только увели с собой.
– Они говорили еще о чем-нибудь? – спросил Конелл.
Девушка задумалась на минуту, потом ее лицо посветлело.
– Да! Их капитан очень вежливо обращался с миледи. Он сказал, что его зовут… что-то вроде Каротин. Еще он сказал, что у него приказ доставить миледи к великому визирю, Чика-как-то-там-паше.
– Святая Мария! – воскликнул Карло.
Он ничего не понял из рассказа девушки, поскольку она говорила на своем языке, но разобрал имена, которые она произнесла.
– Хайр-ад-дин, милорд, – возбужденно произнес Карло. – Капитан Хайр-ад-дин – тезка, а некоторые говорят, что даже внук великого капитан-паши, служившего Сулейману Великолепному! Сейчас этот пират служит лично Чикала-заде, великому визирю Оттоманской империи.
– Но зачем какому-то проклятому турку понадобилась моя жена?
Карло почувствовал себя неловко, ведь тех, кто сообщает плохие новости, не любят, и тем не менее лорд должен знать правду.
– Чикала-заде-паша турок наполовину. Его отец – граф ди Чикала, милорд. Он также приходится старшим братом графине ди Ликоза.
– Я своими руками убью эту суку, – жестко проговорил Ботвелл.
– Если только я не доберусь до нее раньше, – негромко добавил Конелл.
Не сговариваясь, они вышли из дома садовника, сели на своих лошадей и поскакали к дому графа ди Ликозы.
Если в окрестностях виллы «Золотая рыбка» царила тишина, то вилла «Дель Маре» и вовсе пугала безмолвием. Ботвелл поначалу было решил, что здесь вообще никого нет, но когда они въехали во двор, то навстречу им вышел слуга, чтобы принять их лошадей, а потом и другой, чтобы проводить к Альфредо ди Ликозе.
– Я хочу видеть Анжелу, – без предисловий заявил Ботвелл.
– Вы опоздали, друг мой. Она арестована инквизицией. Завтра днем ее сожгут на костре на рыночной площади Неаполя.
– Вы навещали ее? С ней еще можно поговорить? Вы знаете, где она находится? Она отправила мою жену в рабство, в гарем своего брата! Я должен поговорить с ней, прежде чем она умрет!
– Так вот в чем дело, – вздохнул Альфредо ди Ликоза. – Ее слуга, Барто, был схвачен, когда подавал сигнал турецким пиратам.
