Автор
В мире, где правда часто обманывает и ускользает из рук, глава Неверный открывается в мрачных закутках и светлых уголках. Сюжет ломается на бесконечных кругах сомнения и доверия, оставляя читателей с открытыми рохотами, дрожащими от незавершенности. Атмосфера — это то непонятное ожидание перемен, которое сквозит каждую страницу, будто неведомая рука манит к переломам и врата, где правда прячется или выходит наружу....
— Что?
— Сучка не погнушалась смести кое-что. Там-сям… По карманам прошвырнулась, присвоила себе пару-тройку сотен баксов.
— Да блин! Лерка! — ору. — Ты что за дешевка такая! Аааа… — стону, едва не плача. — Блин, Лерка, ты дууура… Это же мужчина твоей мечты… Да как у тебя руки не отсохли воровать!
К несчастью, мои расстроенные стенания и вопли Лерке не слышны, зато Мирасова они потешают. Он только и делает, что усмехается, поглаживает щетину и иногда еще добавляет громкие смешки.
Но отпускать не намерен.
Любое мое движение в сторону двери блокируется.
— Мужчина мечты? Скорее, мужчина мечты ее меркантильной пизды…
— И что дальше?
— Вопрос риторический, так полагаю, — хмыкает. — Потому что я свой вариант уже озвучил. Ты мне даешь. Много. Охотно. Берешь и даешь, сосешь и лижешь… С огоньком и удовольствием.
— Пожалуй, я надоем тебе сразу же.
— И почему же?
— Тебе будет со мной скучно. Я… А — неуклюжая. Б — скучная. И В — неумелая.
— За щечкой плохо держишь?
Смотрю на этого озабоченного, вздохнув.
— Я вообще не умею. Ничего. Вот так…
Мирасов притягивает меня к себе, шумно дышит в шею.
— Врешь-врешь-врешь. Жаркая же ты… Я чувствую.
— Нет. Не вру.
Кусь-кусь-кусь… по моей шее.
Становится острее и больнее, когда он чмокает большие засосы.
— Я не вру. Уйди. Ты… Ты меня пугаешь. Я вообще жду… любви большой, а не вот это… — киваю на его торчащую ширинку.
— Блять… — откидывается на сиденье. — Как я не люблю, когда телки цену себе набивают.
Осел недоверчивый. Мудак… Зачем ему понадобился этот клуб и, тем более, я?! Просто… необъяснимое.
— Это легко проверить. Вообще-то, — цежу сквозь зубы. — Но я не могу этого позволить…
— А что так? Ах да, обман маленькой врушки раскроется, и чьей-то маленькой тушке придется стоять раком, принимая в попку без подготовки…
Можно ли тридцать три раза сгореть от стыда и позора?!"
"— И краснеешь так натурально… — приближает свое лицо к моему на максимум. — Это какая-то джедайская техника?
Я толкаюсь вперед. Он прикрывает глаза с ухмылкой. Ужасные, бесстыжие глаза…
Ресницы опускаются вниз: мне бы такие, эх…
Губы жарко выпускают дыхание в мою сторону, в приоткрытом рте мелькает язык.
Я, едва мазнула губами по его рту, резко поднимаюсь и кусая его за нос, вцепившись зубами.
Вот только его реакция все-таки опережает мою.
Пальцы сдавливают глотку так тесно, что тиски моих зубов разжимаются в тот же миг!
А я оказываюсь поваленной на сиденье.
