Может, так надо? Может, если он будет всё время со мной, меня никто не воспримет всерьёз? Сейдер пожалуется?
Или ему просто нужно поговорить с женщиной, о которой он мечтает!
Плечи дёргает. Я едва не делаю шаг к ним, чудом останавливаюсь вовремя! Потому что Тейнан выглядит так, будто забыл обо мне совершенно.
И это… ломает веру.
Хочется вдруг тоже что-нибудь сломать. Например, наш план! А может, если я тихо провалюсь, его высочество не сможет придраться, будет вынужден меня отпустить? Мысль не благородная. Низкая, злая. И всё же, пока он обсуждает своё прекрасное будущее с драконицами, она вкручивается в голову!
Я кое-как сжимаю зубы. Рассматриваю зал, пытаюсь понять, как дела у других девчонок. У большинства — нехорошо. Кара вроде бы улыбается Сейдеру, но на её щеках румянец. Я сомневаюсь, что от доброго смущения. Неподалёку Гелла и Садина болтают с толпой драконов и дракониц. Обе, достаточно не пугливые, выглядят сейчас так, будто хотят сбежать.
Сбоку вдруг раздаётся шум.
— Да вы что, специально издеваетесь?! — Нерика, подруга Лиры, кричит на служанку. Та что-то бормочет, рассыпается в извинениях, испуганно склоняется к подолу платья девчонки — порванному до колена.
Я смотрю на них — просто смотрю с бурей эмоций.
Кажется, Нерика не выдержала первой.
Кажется, я знаю одну из тех, кого завтра выгонят. Возможно, это к лучшему — подруга Лиры явно меня невзлюбила, её могли против меня использовать. Но сейчас я не чувствую ни капли удовлетворения.
Я знаю о провокациях — и всё равно готова грызть зубами стену. А другие? Они же просто думают, что бал идёт худшим для них образом! Чувствуют себя униженными. Ещё и наверняка виноватыми ни за что! Мы держимся так далеко друг от друга, не можем поделиться переживаниями, не можем ничего противопоставить.
К Нерике я не иду — её пытается успокоить подоспевший жених.
Зато взгляд случайно падает на две фигуры неподалёку.
Не знаю, под каким предлогом оставил свою спутницу лорд Велейер, но та стоит у колонны, почти загнанная другим драконом. Не из женихов. Крепкий мужчина с голыми руками и наглым взглядом наклоняется к ней, говорит что-то — неприличное, судя по тому, как горит её лицо.
Она хрупкая, маленькая, едва достаёт ему до плеча.
Раньше, чем понимаю, я иду к ним. Вдруг переставая думать, переставая отдавать себе отчёт в том, что творю! Глаза застилает пелена, в голове стучит, кровь кипит в венах.
— Да бросил тебя жених. И я понимаю, почему. Двух слов связать не можешь. Не ломайся: я танец предложил, а не постель, кукла. Или хочешь, чтобы я всем рассказал, какая ты наглая за…
— Добрый вечер, — вклиниваюсь я без разрешения.
Дракон замолкает и смотрит на меня с удивлением. С недовольством. От него несёт вином.
— Ещё одна отбилась от стаи? — сужает глаза.