В шумном и душевно-круглостепенном доме пятилетних дочерей я рисовала картины между купюрами на рынке, продающими овощи. В эти знойные часы покупателей не было, но моё сердце горело желанием танцевать после первого успешного хлопотного дня в жизни. Я вступила во вкусную битву между радостью и домашним покойным замиранием отца....
Пусть приготовят какое-нибудь блюдо. Устроим ужин. Я хотел об этом с тобой поговорить, к слову. Хватит уже прикидываться ящерицей. Они рано или поздно поймут, что ты им врешь, и обидятся. А обиженные ведьмы – это проблема. Давай раскроем тебя за ужином? Все приготовят тебе вкусность, ты явишься в своем человеческом обличье, и…
– И определим победительницу.
– Вот еще! – Доменико встрепенулся. – Их осталось шесть. Еще три испытания.
– Я решу завтра. Хватит уже развлекаться за счет ведьм. Как минимум две из них участвуют в отборе из-за финансового состояния семей, еще одна скрывает причины появления здесь.
– Как будто это так просто, – обиженно пробубнил друг.
* * *"
"Утро выдалось солнечным и совершенно прекрасным! Вместо завтрака я принимала подарки дракона. Точнее, я уже вышла из комнаты и пошла в сторону обеденного зала, но обнаружила рабочих с коробками и забыла про все на свете.
– А ты только в испытаниях побеждаешь или ночами по пещерам шастаешь? За что тебе дракон такими подарками отдаривается?
– А ты ушки компотиком моешь? – поинтересовалась Лекси. – Вчера вроде все понятно объяснили. Или завидно? Так иди и нарисуй хоть что-нибудь, кроме бровей!
Силана убежала на завтрак, а мы с Лекси решили не ходить, уж очень хотелось поковыряться в сокровищах.
– Ничего не понимаю, но так интересно! – с восторгом делилась впечатлениями Лекси.
Я выделила ей холст, все равно их было не просто много, а очень много. И подруга самозабвенно развлекалась с красками.
– Наноси вот так, мягче. Не размазывай, делай фактуру.
Я пробовала на бумажке мягкость карандашей, игралась с оттенками, раскладывала кисти и с наслаждением нюхала новую акварель – еще одну в моей коллекции. Рисовать хотелось до зуда в пальцах, но я словно оттягивала момент счастья, позволяя себе поверить, что все это действительно принадлежит мне. Что краски не заберут, и я смогу рисовать то, что захочу и тогда, когда захочу.
