На поляне кинематографисты работали по манову ветра, создавая атмосферу настоящего природного леса. Режиссor тщательно распределял свет и микрофоны, чтобы зритель точно осознался в мире, где деревья касаются головами, и только ночью можно было увидеть звёздное небо.
Остальное – дело техники. Я знал, что тебя брат послушает, как знал и то, что ты сможешь догадаться про оконце в комнате невесты. Тем более что ты сама была в ней совсем недавно… как знал и то, что родители будут в бешенстве. Остальное ты видела сама.
Я молча кивнула и смотрела, как яркие точки от четырёх факелов, которые они взяли с собой, исчезли на горизонте. В голове было пусто и гулко, и ещё – мне было больше не страшно. Не страшно от того, что Якоб узнает, что… ну, о том, что у меня были до него мужчины.
Поэтому я повернулась и посмотрела прямо ему в глаза, где заметила столь знакомую мне ехидность, после чего обречённо стянула с себя балахон, который верная Брайд искренне считала эротическим бельём…
- Ты что-то хотела, дорогая? – Якоб привычно наклонил голову.
- Хотела – ворчливо сказала я, переступая голыми ногами по полу – чтобы ты перестал вести себя столь ехидно.
- А кроме этого? – казалось, что ничего необычного не происходило, и сейчас Якоб находится в гостиной за чашкой чая, во всяком случае, на лице у него было написано полнейшее равнодушие и безразличие, которое оттачивается годами применения хороших манер
- Чтобы наш брак перестал, наконец, быть просто формальностью – я нахмурилась ещё больше, не зная, как побороть робость, и опустила свой взгляд.
- Даже не знаю, что сказать… - раздался всё тот же размеренный голос над головой.
"А я… я поборола в себе искушение рассмеяться – быть может, дорогой супруг может контролировать выражение своего лица, но вот зря он сегодня надел столь облегающие брюки. Я вот, к примеру, вижу, что он не так спокоен, как хочет казаться. А это значит, что я уже мёрзну тут и стою голышом не зря.
Он осторожно поднял мою голову, заставляя посмотреть в его синие глаза.
- Я только хочу тебе сказать, что сейчас мне уже неважно, что у тебя до меня уже кто-то был.
Я скривилась от огорчения – вспоминать свой сексуальный опыт было… стрёмно… другого слова я не могла подобрать…
- И я тоже хочу, чтобы ты знал – так и будет!
Нужно ли мне говорить, что мои слова он воспринял, как должное, высокомерно улыбнувшись уголками губ? И вот, когда я уже была готова его ударить, он тихо рассмеялся и поцеловал.
