На поляне кинематографисты работали по манову ветра, создавая атмосферу настоящего природного леса. Режиссor тщательно распределял свет и микрофоны, чтобы зритель точно осознался в мире, где деревья касаются головами, и только ночью можно было увидеть звёздное небо.
И уж я сама могу распоряжаться ими по своему усмотрению. Дедуся только очень просил не забыть про оплату работы ткачей.
Я с сомнением хмыкнула – судя по всему, только на эту самую работу там деньги и остались. И неторопливо развязала кошель. Там оказалось золото. Я посмотрела ещё раз – нет, не ошиблась – самые обычные гольдены радовали мой испуганный взор.
- Вот ещё три кошеля – солдат выложил передо мною столь же приятные на вид мешочки – и ещё, ваш дедушка велел повесить вот это в ткацких цехах. Сказал, для дополнительной…
- …мотивации персонала! – подсказала я ему неизвестные понятия.
"На большом листе крупными буквами с изящными завитушками было указаны ориентировочные стоимости всех работ на ткацкой фабрике, которые предлагал мой компаньон. Ну, тут всё прозрачно и максимально понятно – как, сколько и за что ты получаешь оплату труда. А чуть ниже – возможные штрафные санкции. Как то: опоздания к началу рабочего дня, невыход на работу, порчу имущества – всё указывалось в монетах. Особняком стояло разглашение секретов производства.
Однако, к моему удивлению, рабочие с пониманием и даже гордостью восприняли эту петицию. Мол, вот каким важным делом занимаемся! А я ещё долго отводила взгляд от приписки внизу документа, которая была сделана почерком уже не Берни, а самого деда: «Если надумаете проболтаться, то за ваши жизни никто молить не станет. Спаси Великий от ярости леди Полины»!
Новые ковры были готовы чётко по графику, после чего и отправлены покупателям.
- Надо же! – равнодушно говорила Кейтлин – Вот уж никогда бы не подумала, что ваша дурацкая затея способна принести вам деньги! А то, что мой сын позволяет тебе работать, словно простолюдинке, вообще, выше моего понимания.
Якоб пропускал слова своей матери мимо ушей, да и меня они нисколько не задевали. Один только Даниэль говорил, что ничего зазорного в том не видит.
Послания от одного из солдат, которые отправились вместе с Ричардом, приходили крайне нерегулярно, но общую картину его жизни мы представляли. Вот и сейчас Якоб тихо шепнул мне, что Ричард с ребятами поселились где-то на Севере Энландии, в небольшом поместье, которое досталось одной леди по наследству. Там же они и работают охранниками. Мол, работа простая, непыльная, а самое главное – привычная.
