И то, как она отвела глаза мне снова не понравилось.
— Тебе придётся уехать.
— Сергей! — недовольно дёрнула она головой. — Иди! С Марго тебе надо поговорить наедине. Она там, — показала она пальцем в сторону маленькой часовни, за которой было собачье кладбище.
— Отпустила Антона в замок? Ему не стоит говорить сейчас.
И бесполезно было спрашивать: что говорить?
Она усмехнулась, но больше не добавила ни слова и ушла к пруду, где резвились собаки.
Антону и правда не стоило знать то, что рассказала об отце Марго. Пока.
Да и я выслушал её без особого восторга.
И без особого желания бросал в чемодан вещи. Но ехать надо, иначе потом будет поздно.
— А долго тебя не будет? — помогала Женька: отгоняла Перси, что считал мои сборы игрой и норовил вытащить сложенное из чемодана. — У нас же свадьба. И последняя репетиция к ней. И…
— Нет, я не передумал жениться, не переживай, — погладил я её по щеке. — И ты думай о хорошем, об учёбе, например. Когда тебе на занятия?
— Через день, первого сентября, — вздохнула она. — А свадьба десятого.
— Уже десятого?! Может, и правда сбежать? — задумчиво поскрёб я затылок.
— Моцарт! — забрала она у Перси свитер, что тот уже утянул под шумок, и, аккуратно свернув, уложила обратно. — Если ты не вернёшься вовремя, я буду считать это позорной капитуляцией. И нарушением договора.
— Договорились, — подмигнул я. — Забыл, что там за это полагается? А, вспомнил! Я же его уже нарушил. Обещал до свадьбы ни-ни, а сам. Сволочь!
— Стыдись! — Женька усмехнулась, а потом скорбно вздохнула и села рядом с чемоданом, опустив плечи. — Я буду скучать.
— Я тоже, — кинул я ещё один свитер, захлопнул крышку и сел перед ней на колени. — Малыш, ответственно заявляю: в Лондоне безопасно. Тебе не о чем волноваться. К тому же я буду не один, Бринн за мной присмотрит.
— Не успокаивай меня. Я всё равно буду скучать.
— И не пытался. Я тоже буду скучать.
— Пора? — вздохнула она, когда я посмотрел на часы.
— Пора, — защёлкнул замки, сбил шифр, встал. И как ни рвался её поцеловать — нет, я сделаю это в прихожей, где у меня уже не будет путей к отступлению.
Она смотрела как я натягиваю пальто. В очередной раз проверяю документы, кредитки. И, остановила за руку, когда я взялся за ручку чемодана.
— У тебя с собой запрещённый груз, — улыбнулась она.
— Ах ты жопа разбойничья! — ругался я, пока возился с шифром. — Ай-яй-яй! Перси! — качал я головой, вытаскивая безобразника из чемодана.
— Он тоже хочет с тобой, — проводила она глазами сбегающего пса.
