Что мне сказать? Что мне делать?
Я испытываю чувства к Коннору, и я знаю, что они взаимны. Я замечала их в его взгляде, в прикосновениях. В том, как он смотрел на меня, приветствуя соседок кружкой с кофе. Я видела чувства в его глазах, даже в том темном пикапе. Я знаю это наверняка.
И все же мое нутро продолжает борьбу. Вроде бы я должна сказать правду, всю правду и ничего, кроме правды. Ложь – это неправильно. Но я не могу заставить себя. Я хочу защитить Коннора, спасти его, даже от самого себя. Поэтому, хотя я не уверена, что это правильно, я его прикрываю:
– Нет. Я так и не узнала ничего полезного.
– Жаль это слышать. – Неискренний вздох разочарования звучит так, словно он ожидал, что я буду бесполезна в выслеживании преступника.
– Вы его все еще ищете?
– Конечно. Не волнуйтесь, Поппи, мы его найдем.
Поппи? Когда это мы начали общаться по имени?
– Удачи, – говорю я также снисходительно.
– Спасибо. Я обязательно дам вам знать, как только появится новая информация. – Я не раскланиваюсь и не благодарю за любезность, и он вдруг спрашивает: – Кстати, как продвигается книга?
Я впадаю в ступор от внезапной смены темы и тона.
Детектив делает паузу, явно желая по какой-то причине получить дополнительную информацию. Когда я не предлагаю ничего другого, он добавляет:
– Рад слышать. Я бы с удовольствием прочел ее на досуге. Как она называется?
– «Любовь в Грейт-Фоллз». Я работаю над продолжением, к которому, наверное, стоит вернуться… – Я прерываюсь, внезапно почувствовав дискомфорт от этого разговора. Я не могу решить, то ли детектив Картер флиртует… то ли это все еще беседа о похищенном имуществе.
Это уже слишком. К тому же, мне нужно переварить полученную информацию.
Потому что я влюбилась… не в мелкого воришку, а в похитителя произведений искусства… который все это время мне лгал.
Картер, кажется, готов оставить все как есть. На какое-то время.
– Конечно. Я понимаю. Буду на связи.
– До свидания, детектив Картер, – заикаясь, произношу я, стараясь не выдавать своего волнения.
Однако, вернувшись в дом, я чертовски пугаюсь. Что, если они поймут, что это Коннор украл мой ноутбук и картину? Что, если они выследят его? Что, если они поймут, что мы встречаемся… и говорим людям, что помолвлены? Они подумают, что я в этом замешана. Особенно после того, как я соврала полиции, будто не видела его.
– Сукин сын, что мне теперь делать? – шепчу я, заглядывая в глазок, чтобы убедиться в отсутствии детектива. – Блин, блин, блин!
Я начинаю вышагивать по гостиной, отчего просыпаются Орешек и Сок. Они обеспокоенно смотрят на меня, вероятно, гадая, какого черта их мамочка сходит с ума. Это они должны бегать кругами, а не я.