Вообще-то, я немного сутулюсь, но, опять же, я научился делать это так, чтобы выглядело естественно.
Я следую за женщиной по коридору, определяя слабые места помещения. Я уже многое знаю о безопасности объекта, но сейчас перепроверяю данные о системе сигнализации и сканере пропусков, пока моя провожатая прикладывает удостоверение к массивной черной панели с небольшим названием компании, выгравированным в верхней части. Система безопасности здесь первоклассная, как, впрочем, и спринклерная – возможности для ложной пожарной тревоги здесь нет, да и внутрь без пропуска – либо украденного, либо воспроизведенного – не попадешь.
Пока что их единственный и очевидный изъян – это женщина, подпустившая совершенно незнакомого человека к товарам с предстоящего аукциона. Что ж, на этот раз отвлечь толпу и похитить произведение искусства точно не получится: у них камеры натыканы в каждом помещении и даже в коридоре. Надеюсь, поддельные очки помогут замаскировать мою внешность. В качестве дополнительного бонуса в них встроена маленькая камера за стразом – у меня будет возможность просмотреть запись кадр за кадром.
Женщина снова сканирует идентификационный бейдж, а потом открывает дверь в большое складское помещение. Столы здесь длинные, расставлены по секциям и заполнены сокровищами. Более слабый человек начал бы набивать карманы, а после убежал бы прочь. Но я никогда так не делал – не в моем стиле.
– Какие предметы вы хотите посмотреть? – уточняет женщина деловито, но нервно. – Нужно торопиться: сотрудники скоро вернутся с обеда.
– Меня интересуют три вещи. – Я говорю ей названия, и она подводит меня к первой картине.
Картина драматическая: корабль викингов с рваными парусами в бурном море на фоне грозовых туч. Я достаю из кармана лупу и наклоняюсь, чтобы рассмотреть подпись.
Женщина рассказывает о произведении, как настоящий искусный продавец, но эту информацию я знаю и без нее. После быстрого, но тщательного осмотра мазков, рамы и небольшого скола по боковому краю я киваю.
Женщина улыбается и торопит меня подойти ко второй работе. И хотя я пришел не за ней, она удачно расположена рядом с предметом моего любопытства. Пока женщина рассказывает подробности о японском искусстве, я сужаю глаза, поглядывая мимо на каменную женскую фигурку в деревенском стиле.
Она удивительно прочная; ее вес заметен по выпуклым изгибам камня. В остальном она маленькая, размером примерно с предплечье, и примитивная по дизайну. Пристально вглядываясь, я убеждаюсь, что это именно та скульптура, которая мне нужна, и отмечаю ее самую уникальную особенность – хорошо задокументированную трещину на левой руке, которая отломилась лет четыреста назад.