Автор
В комнате напоминала мorgue — две истуканы-старшие сестры стояли неподвижно как на портретах, а я ощущала на себе их взгляды — холодные и отстраненные. Эта книга разворачивает историю любовного напитка, в котором страдания мгновенно превращают людей в статуи без чувств.
Стоит насекомому хоть раз попробовать нектар асфоделя, и он уже не променяет его ни на какое другое растение. Можно сказать, насекомое влюбится в цветок. Благодаря этому асфодель всегда вовремя опыляется и быстро разрастается, захватывая новые территории. Некоторые считают асфодель сорняком, который крайне сложно вывести, но именно эта его особенность пригодилась при создании Амброзии.
Эва слушала и кивала. Но было ли ей на самом деле интересно? Понятия не имею. Вот я точно скучал. Все это я уже слышал — на занятиях в детстве.
— Ты не поверишь, — говорил, между тем, авгур, — но изначально Амброзию применяли иначе, не так как сейчас.
Такого я не знал. Начиная с этого момента, скуки как не бывало. Теперь я слушал авгура крайне внимательно.
— Это был напиток любви, призванный облегчить жизнь новобрачным и подарить им семейное счастье. Видишь ли, не все браки заключаются по любви. Такова суровая реальность. Но Амброзия решала проблему — она дарила мужчине и женщине взаимное чувство, делая их союз крепким и счастливым.
— Не помню, чтобы нам говорили о подобном, — не удержался я от реплики.
— Это было давно, и об этом предпочли забыть, — пожал плечами авгур.
— Когда все стало таким, как сейчас?
— В какой-то момент мужчины решили, что достаточно будет того, что любят женщины. Они начали давать Амброзию исключительно невестам, а это в корне неверно и ломает сам принцип действия напитка. Он работает правильно только в паре, когда его пьют оба — он и она.
— Хочешь сказать, что в этом случае Амброзия не превращает женщин в марионеток?
— Ни женщин, ни мужчин.
— Почему ты все не исправишь? — я уже слабо понимал, что происходит. Все, во что я верил и чему меня учили, оказалось ложью. Слова авгура были равносильны пощечине. Крепкой такой, отрезвляющей.
— Посмотри, как я живу, — он обвел рукой комнату. — Думаешь, я сижу в Башне больше сотни лет, потому что мне здесь так уж нравится?
Это был намек на то, что он узник? С этой точки зрения я ситуацию не рассматривал.
— Почему ты рассказываешь это нам?
— Почему бы и нет? Ты спросил, я отвечаю. До тебя никто не интересовался подобным. Я хоть выговорюсь.
Мне срочно нужно было сесть. Я нашел стул, опустился на него и обхватил голову руками. Не такого я ожидал разговора. Думал, авгур просто скажет, как мне быть. Я верну настоящую Эву, а дальше видно будет. Но вместо этого я, сам того не ведая, вскрыл старый нарыв нашей цивилизации.
