Автор
Ранним утром июня в Сан-Франциско наступала тихая непредсказуемость: скатерть с молоком заливалась ковром. Лотти Сталлен, пытаясь оправдаться, не замечала разъяренного Герберта Мосли. Вместе они создавали неловкий атмосферу, переполнявшую пространство дома — будто тайное знание обрушивалось на простые вещи и чистоту дамаста....
Лилли испытала шок. Это был ее первый взрослый поцелуй, и она не знала, что в поцелуях участвуют не только губы, но и языки. Непривычное ощущение. Непривычное, но возбуждающее. И по мере того как он завладевал ее губами, уверенность Лилли росла. Она обвила его шею руками, каждый ее нерв был напряжен, она была охвачена страстью и горела в огне.
Ее безыскусно страстный отклик распалил Джека. Он предвкушал несколько минут приятного расслабления, а вместо этого она разбудила в нем яростное, примитивное желание.
Лилли ахнула, застыв в его руках. Но узнать, отдалась бы она его ласке, когда шок прошел бы, Джек не успел. К ним приближались двое мужчин. Внутренне проклиная их появление, Джек с неохотой выпустил девушку из объятий.
— Я бы не возражал против такого мужественного партнера, как ты, — говорил один мужчина другому раскатистым басом. — В диких местах самое важное — это доверие между людьми, и мне кажется, что я могу довериться человеку, который рискнул своей жизнью ради чужого ребенка.
— Я еще толком не решил, чем буду заниматься в Доусоне.
Ошибиться, услышав этот мягкий, чуть картавый выговор, было невозможно. Лилли почувствовала, что покраснела до корней волос. Вдруг он видел, какие вольности она позволила Джеку? Конечно, учитывая обстоятельства, это не совсем вольности, но мистер Камерон этих обстоятельств не знает, и при мысли о том, к какому чудовищно неверному выводу он мог прийти, Лилли почувствовала себя униженной.
Но вместо того чтобы пройти мимо, мужчины задержались у поручней в двух шагах от них.
— Это в каком смысле ты не решил, чем будешь заниматься на месте? — удивленно спросил обладатель баса. — А чем еще заниматься на Клондайке — только золото мыть.
Джек тоже узнал шотландский акцент Рингана Камерона. Еще он понял, что Камерон и его товарищ устроились здесь для длительного разговора и у него нет другого выхода, как со всеми предосторожностями увести отсюда Лилли.
Взяв девушку за локоть, он развернул ее, стараясь загородить от мужчин.
— Я оказался на «Сенаторе» несколько по другой причине, чем большинство пассажиров, — сухо ответил Ринган Лилли поняла, что он говорит о своем освобождении На поруки, и инстинктивно, не думая, подняла голову и посмотрела на него.
