Вито даже перестал тереть глаза:
— Твоя Пилар права — это настоящий крокодил.
Звереныш поднял голову и уставился на моего мужа рубиновыми глазищами:
— Попрошу, ваша светлость! Я — благородный грифон!
Я не удержалась и рассмеялась, уткнувшись в грудь Вито. Тот заглянул мне в лицо:
— Что сказал этот крокодил?
— Сказал, что ты — ваша светлость. А он — благородный грифон.
Шутки, это, конечно, хорошо, но… Я посмотрела на Желтка:
Тот кивнул на стену:
Я потеснила Желтка, заглянула в зеркальную гладь:
— Ты смог протолкнуть его туда?
Грифоныш по-своему хмыкнул:
— У нас теперь большая сила! А будет еще больше, когда я подрасту!
Вито встал рядом и тоже смотрел. Хотел коснуться зеркальной глади пальцем, но я почему-то остановила:
— Что там? За этим зеркалом?
— Замкнутое пространство.
— И выход только один? Зеркало?
— Он всегда мечтал пройти на ту сторону.
Вито тронул ставень:
— Так пусть и остается там. Это избавит меня от необходимости быть палачом. При условии, что он не сможет оттуда выти.
Мы оба отшатнулись, наблюдая, как из зеркальной поверхности показалась рука. Сердце дрогнуло. Что если он выйдет? Но рука Трастамары высунулась лишь по локоть и снова исчезла. И я с облегчением выдохнула: ему никогда не выйти.
Вито снова вгляделся в зеркало:
— Оттуда что-то видно?
— Да. Эту камеру. Но ничего не слышно.
Вито взялся за ставень, намереваясь закрыть створки, но, в тот же миг, из зеркальной глади снова мелькнула рука. И я с ужасом увидела, как Вито медленно развернулся и оседал по стене, а из его груди торчала рукоять стилета. Я кинулась к мужу, уложила его на пол. Тут же схватила упавшие песочные часы и несколько раз с остервенением ударила подставкой по зеркалу на стене. Так, что его поверхность сплошь пошла мелкими трещинами и начала высыпаться. Проклятый Трастамара не просунет больше через барьер даже кончик ногтя.
Я рухнула перед Вито на колени, старалась не поддаваться панике. «Дядюшка» не учел только одного: мы так и не стали настоящими супругами. Я заглянула в помутневшие глаза своего мужа:
— Я тебя ни за что не отдам. Ты слышишь?
И почувствовала, как мои руки стремительно наливаются магическим жаром.
Мы покинули дворец беспрепятственно. Всего лишь простое заклинание отведения глаз, которое с первого раза далось мне с невероятной легкостью. Собрали вещи, заложили карету, забрали своих людей и лошадей. Теперь Вито ехал со мной в экипаже, а Пилар большую часть пути проделала на козлах, рядом с кучером. По собственному почину.
