Автор
Молодая Марена страдает от несчастной доли старшей по роду старшей дочери тирана Альфи, который обладает Темным даром. Его жестокий брат и ужасный отец смерти — проклятый Соврано. Джулия не может позволить себе жертву этой связной игры, ведь женщины лишь игра в руках могущественных тиранов....
Простите нас, сеньора, такого никогда не повторится.
Та лишь снисходительно кивнула:
— Конечно, не повторится. Алонсо!
На зов вышел из тени один из слуг. Сеньора открыла, было, рот, намереваясь отдать приказ, но Фацио сделал шаг вперед:
— Матушка, я рад, что все обошлось, и вы не пострадали. Но прошу вас быть снисходительной: мы были в пути четыре дня и чудовищно устали. Вы же видите, девица Ромазо не в себе и едва стоит на ногах. И вам после потрясения непременно надо отдохнуть. Велите Мерригару подать вам успокоительных капель.
Сеньора Соврано даже поднялась со своего табурета:
— Фацио… полагаю, нам нужно поговорить. Немедленно.
— Завтра, матушка, все завтра. Или вы совсем позабыли, что такое дорожная усталость?
— Фацио!
Он лишь поймал ее руку и поднес к губам:
— Мне дорог ваш покой. Это единственное, что сейчас имеет значение. — Он отпустил тонкие пальцы: — Полагаю, комнаты для моей невесты готовы.
Мамаша вновь открыла рот, но сын опередил:
— Я знал, что во всем могу на вас положиться. Ступайте к себе, матушка, час поздний. Я надеюсь, ваш труд по размещению сеньоры Джулии охотно разделит в этот вечер Доротея.
Девица, которая обмахивала мамашу веером, присела в поклоне и улыбнулась, вскидывая быстрый взгляд:
— Конечно, сеньор. Я все сделаю так, как вы пожелаете. Если бы вы только знали, с каким нетерпением мы ждали вас.
И Джулия невольно забыла про сеньору Соврано.
Джулия выпрямилась, насколько могла, задрала голову и посмотрела на эту Доротею. Та же, не скрываясь, таращилась в ответ, будто оценивала. В остром взгляде серых глаз не было никакой учтивости, да и присутствие мамаши, похоже, придавало смелости.
