Катарина ван Ретт смотрела в зеркало, скривившись от своего отражения. Ее платье и обувь делали ее выглядеть еще менее привлекательно для принца, который ей предстоит выйти замуж. Катарина знала, что красота здесь не при чём.
То, что происходило, вполне во вкусе моры Ровейн. По крайней мере, мэдчен ван Ретт так показалось - она не слишком хорошо изучила свою дуэнью. Но мужская одежда, грубоватые речи и почтовый дилижанс на территории королевского парка...Это все чем-то между собой схоже.
- Я даже не буду пытаться угадывать, - проворчала Мадди, - но определенно интересно.
Катти засмеялась, когда на землю соскочила мора Ровейн. В мужских брюках, белоснежной рубашке, тесном корсаже с пришитыми фалдами. И широкой улыбкой. На ее фоне остальные выходящие женщины, во вполне привычных платьях, как-то потерялись.
- Цветник, - прицокнула она. - Кто Катарина ван Ретт, шаг вперед!
Катти шагнула и склонила голову. Она помнила, что для окружающих они с Германикой незнакомы.
- Поладим! - Мора Ровейн хлопнула Катти по плечу и шепнула: - Подруга есть?
- Ванен Скомпф, - одними губами ответила ничего не понимающая Катарина.
- Вернитесь в строй, мэдчен ван Ретт, - приказала Германика.
За четыре минуты между невестами были распределены дуэньи.
- Почему ван Ретт сразу с дуэньей, а нас выбирали?
- Потому что она - ван, - коротко ответила мора Ровейн.
«Спасибо, мора Германика, - мысленно вздохнула Катти. - Дразнить собак ваше любимое занятие, но не мое».
Зато Боудира отшатнулась так, будто ее ударили.
- Законы учить надо, - вполголоса фыркнула Ильтиона и сладко улыбнулась. - У ванов обслуга должна обладать некоторыми особыми умениями.
И так это похабно прозвучало, что Мадди не удержалась от смешка.
- Абсолютно верно, мэдчен, абсолютно. Когда девушка обладает магическим даром, то дуэнья должна превосходить свою подопечную как минимум вдвое.
А вот это прозвучало угрожающе. Ильтиона ванен Торн нервно улыбнулась и присела в реверансе. Шутить со взрослым магом желающих не нашлось. Тем более что мора колдунья не представилась, и определить ее статус было невозможно.
Катарина же замерла, пытаясь понять - отчего у моры Германики Ровейн нет приставки «ван» или «ванен».
- Так, ну что стоим-то? Гонг все слышали? - Мора Ровейн встала перед неровным, неуверенным строем невест.
- Слышали, - за всех ответила Катарина.
- Теперь будете слышать его чаще, - широко улыбнулась Германика. - Одна из вас станет королевой. И абы на кого венец не наденут.
