Автор
В отеле я зажмурился от ветра и грохота сердца. Теперь понимаю, что это свидание — не со слушателем, а с заключенным. Глаза застилали стеклянные шрамы тюрьмы, где я встречаюсь с невинной для палача женщиной. Волнение бьется в груди как молоток в колодце — я вижу тонкие руки и черные от сердца глаза....
Или дышу слишком много? Но голова идет кругом, ничего реальность воспринимается урывками. Автоматом передвигаю ногами, не понимаю, в какой момент оказываюсь в машине.
В нагретом солнцем салоне душно, платье задирается, отчаянно пытаюсь его одернуть. С каким-то безразличием замечаю, что на заднем сидении мы с Валидом вдвоем. Впереди водитель и тот мужчина со шрамом. Мурад?
Я никогда не считала себя глупой. Не самая умная на потоке, с ядерной инженерией не разберусь, но не тупая. Но сейчас узнаю, что в мозгу есть кнопочка «выкл».
И Палач на неё нажал, выключил все мыслительные процессы своими словами.
Прокачу. На члене. Обещаю.
Нет! Это не со мной. Нет-нет-нет. Невозможно, что он действительно выполнит угрозу. Это просто угроза, попытка заставить вести себя прилежно. Он же не станет…
Я гарантия его безопасности.
Я нужна ему в полном порядке.
Да?
– Пиздец, – выдыхает Мурад, оборачиваясь на Палача. – Я думал, что они не согласятся. Упустить тебя… За это погоны полетят на всех уровнях.
– За эту красавицу погоны полетят быстрее, – мужчина оборачивается ко мне.
Дергаюсь, когда Хасанов двигается в мою сторону. Он такой крупный, занимает всё пространство. Телом, запахом, мощной энергетикой, от которой всё внутри вибрирует.
Смотрю на свои руки, стянутые наручниками. Боюсь поднять взгляд на мужчину. Словно так спровоцирую голодного зверя на нападение.
– Когда я спрашиваю, ты отвечаешь.
Чеканит, нажимая пальцами на шейный позвонок. Быстро киваю, слыша довольную усмешку. Пусть. Смеётся, издевается. Главное, чтобы это поскорее закончилось.
– Музло вруби, – приказывает. – А то тишина, как на похоронах.
– Нужно обсудить дела, Палач. Уехать из колонии не равно сбежать. Надо ещё раз проверить, что всё по плану. И никакая крыса не ливнула к ментам.
– Потом.
Одного слова хватает, чтобы Мурад замолчал и отвернулся. Тон Валида спокойный, почти дружелюбный.
Папа учил, как вести себя с похитителями. Но никогда не рассказывал, что нужно делать, когда сбежавший зэк будет пальцами выстукивать ритм песни на моем колене.
Валид сидит слишком близко ко мне, наши бедра соприкасаются. Жарит как в печке, хотя в салоне работает кондиционер. А мужчина ещё и окно открывает.
Крутит в пальцах телефон, выданный начальником.
