Ида Багирова. В его кабинете. Сама себе не верю. Он сидит у камина, широко расставив крепкие длинные ноги, медленно потягивая уже наполовину опустевший стакан виски. Его взгляд — черный огонь из-под нахмуренных бровей — прожигает меня как ледяной молоток. С каждым вздохом воздух вышибается, словно от жары в летнем салоне....
Замираю на пороге, когда он вскидывает голову.
Внутри больно от того, какие у него усталые глаза. От этих тяжелых морщин. Что прочерчивают красивое лицо. От того, как напряженно хмурится, раскладывая бумаги и всматриваясь в свой ноутбук.
Но при взгляде на меня, его лицо разглаживается.
В них мелькает огонь. Вспышки. Взрывы. Боль. И запредельная, безумная нежность!
И я смелею. Делаю шаг вперед. Еще один. Еще.
Нет. Так просто не перейти те страшные границы, что встали между нами.
Каждый шаг к нему будто вонзает острые иголки в сердце.
Но я иду. Почти не дыша. Жадно рассматривая его лицо. Вперед.
Бадрид тут же оказывается рядом.
Обхватывает лицо руками.
Сморит на меня. Так дико. Так голодно. Так адски жадно. Почти безумно.
И тут же обнимает.
Впечатывает в свое огромное тело.
Прижимает к себе так, что рваные удары его сердца отдаются прямо у меня внутри.
Зарывается в волосы руками, тяжело дыша.
Начинает скользить по спине, обжигая, жаля жадными губами висок.
И это его дикое желание.
Впечатывается в меня. Пульсирует прямо мне в бедра.
Он рвано дышит. Хрипло. С присвистом.
А я тону. Проваливаюсь.
Ведь…
Он хочет меня. А я… Я не могу! Не хочу! Не сейчас и не так! Я еще не готова, даже после того, что он сделал!
Но…
Имею ли я право отказать? Если хозяин хочет? Ведь ничего не изменилось! Что ему помешает меня взять? Опрокинуть прямо на этот стол? Я уже достаточно здорова для этого.
Но…
Тогда это меня убьет окончательно.
Я вздрагиваю. Не думаю, вскидываю руки.
А его лицо оказывается так близко. Лихорадочно мечется взглядом по лицу, глазам…
— Я хочу тебя, Мари, — шепчет, обжигая мои губы. Словно срывает кожу.
— Адски хочу.
Сжимает мои ребра так, что голова начинает кружиться.
55 Глава 55
— Но я ничего не сделаю. Пока ты сама. Пока ты сама не захочешь.
Я молчу. Только дрожу. Дыхание замирает, а сердце выпрыгивает из груди.
— Я понял. Ты не хочешь.
Проводит ладонью по моей щеке и резко отворачивается. Отпускает. Будто сбегает. От меня? От самого себя?
Возвращается обратно, за стол.
Залпом опрокидывает стакан, до краев полный виски.
Его грудь вздымается так, будто внутри проносится ураган.
— Я пришла поблагодарить, — тяжело опускаюсь на стул, держась рукой за спинку. Ноги подкашиваются. Почти не держат. Голова так и не перестает кружиться.
Все-таки он не соврал.
