Ида Багирова. В его кабинете. Сама себе не верю. Он сидит у камина, широко расставив крепкие длинные ноги, медленно потягивая уже наполовину опустевший стакан виски. Его взгляд — черный огонь из-под нахмуренных бровей — прожигает меня как ледяной молоток. С каждым вздохом воздух вышибается, словно от жары в летнем салоне....
Ты бы умылся, если бы твою женщину выкрали? Попустил?
— Оказалось, что мы его совсем не знали.
— Знали. Просто нужно было думать. Предвидеть. Понимать. Такой своего не отпустит. И никому не позволит на него влиять. Как и все мы. Одна кровь, Арман. Одна кровь. Одна натура. Хоть с мясом выдри все воспоминания о семье. Хоть меняй сто раз фамилии и отчества. Натуру не изменишь. Никогда.
— Это нелепый план, — Давид тяжело поднимается. — Они тебя просто убьют, как только ты покажешься на пороге. Надо бить в ответ. И выезжать на места.
— Это мой долг, Давид. Долг.
— А ты? Ты сам-то что? Выслушал? Пришли к тебе после такого с повинной головой и что? Денег бы взял? За смерть сына? Отца? Брата?
— Бадрид. Давид прав. Ты идешь на верную смерть.
— Выезжайте на места. Разберитесь со стрельбой и с закрытыми таможнями. Занимайтесь всеми очагами, что, чую, сейчас начнут полыхать один за другим. И нет. Я бы не простил. Не стал бы разговаривать. Но я должен хотя бы попытаться пока урегулировать вопрос как можно с наименьшими потерями.
— Санникова? — Давид присвистывает.
— Я знаю, что ты с ним уже связывался. Да. С лучшим другом брата, о котором мы не говорим все эти годы. И который устроил нам все эти проблемы.
— Ты знаешь, какую цену он берет за свои услуги? Наивысшую. Безоговорочный долг. За помощь Санникова ты будешь обязан никогда не вмешиваться в его дела. И выполнить любую просьбу, с которой он к тебе придет.
— Иногда нужно принимать цены, не торгуясь, брат. На сегодняшний день выхода у нас нет.
17 Глава 17
* * *Элитные девочки извиваются на шесте.
Три дня.
Три дня пришлось потратить на то, чтобы встретиться с семьями.
Ожидаемо, ни одна из них не приняла на себя ответственность за то, что творится в нашей империи.
А оно творится.
Разрастается.
Перебоев все больше.
Начинают пропадать люди.
Надежные. Проверенные.
Три дня переговоров. Предложений. Попыток пойти еще каким-то мирным путем.
Они должны понимать.
При всей жажде мести, не у каждой из семей есть такая сила, чтобы пойти против нас.
Не у каждой. Но если все они соберутся вместе….
Скрежещу зубами, сжимая челюсти.
Брат. Родной брат, и чтобы так подставить? А все из-за чего? Из-за того, что нету здравого смысла!
Девчонка! Как бы он на нее ни запал. Женщина. Слабость. Она губит.
