В темных улочках подворотни сочного вечера тыкнулся невольнику черный силуэт — знак зловещей опасности в беззащитной руке девушки, скрывшейся за краем стены. Страх и решимость взмыслили на воздух, предвещая ужасные дни любви, в которые она окажется центром интересов монстров....
Из купальни я вернулась, окончательно выдохшись, и рухнула в кровать, даже не одевшись.
Хотелось растечься по подушке, сладко пуская сонные слюнки, но уснуть там, куда упала, мне не дали, и Тайрос с Киррасом присоединились, вытягивая меня вдоль своих тел.
Сегодня мы были особенно близко, переплетая пальцы в темноте комнаты, на фоне потухших свечей и молчаливого прощания в скором будущем. Драконы рисовали черточки на моем теле, изучая подушечками пальцев каждый изгиб, родинку, ямочку, а я, казалось, даже мурлычу, прислушиваясь к этой бережливости.
"Тихо и так громко молчать могли только мы в целом мире.
Пропахшая похотью комната быстро выстыла, впустив горный воздух в открытые окна. Звезды светили ярко, своим сумеречным светом рисуя на полу силуэты мебели и покачивающихся фонариков под потолком.
— Ханни? — шепотом позвал Киррас.
— Да? — так же шепотом ответила я, получив легкий поцелуй в плечо.
— Ты так и не сказал, — улыбнулся он. — Ни то, что нравимся, ни то, что любишь. Так и будешь играть в молчанку, м-м, лисица?
— Так нужно? — скуксилась я, вновь ощутив отметину чужих губ на ключице.
— Обязательнее некуда, Ханнари, — подытожил Тайрос, полностью согласный с лунным.
— Вы тираны.
— Это еще нескоро кончится, — едва слышно рассмеялся дракон, вновь заставляя поверить в ложь. — Скажи-и-и…
Вторая пара губ прикоснулась к запястью, и перевернувшийся на живот лунный тут же переместился поцелуями к животу.
— Скажи-и-и…
— Я буду очень по вам скучать.
Моего неловкого признания хватило, чтобы драконы замурлыкали, заполняя вибрацией воздух.
Я буду скучать.
Для меня это значило гораздо больше, чем могло бы показаться. И признание, и покаяние в одном лице.
Я буду скучать.
Так же сильно, как они по мне, никогда ни по кому не тоскующие драконы, встретившие свой огонь, который вот-вот растворится на горизонте.
Я буду скучать.
Как никогда не скучала, даже не думая о том, что эти слова значат.
День седьмой
Глава 39
— Рейвен… Мне жарко, — простонала я спросонья, пытаясь вывернуться из цепких объятий. — Какой же ты горячий!
Дракон, дышащий мне в затылок, только тихо всхрапнул, сильнее смыкая руки и придавливая тяжелой рукой. Попытавшись скинуть с себя этот груз, я завозилась, но уже спустя секунду оказалась придавлена к мужской груди так плотно, что впору склеиться.
