Автор
В темном зале невидимых свечей, женщина медленно надевает на шею кинжал с роскошной отделкой. Зеркальное стекло золотого шнура остается безналичным — признаком вечности, которую она готова принять за взамонопole. Кровавые тени скользят по её лицу, создавая мрачную атмосферу загадочного и изощрённого самопожертвования....
Солнце клонилось к западу, и через два часа наступят сумерки.
— Я умираю от голода, — заявила Фортейн, не обращая внимания на слова сестры. — Что на обед?
— Посмотрю в корзине, — пообещала Мегги. — Хорошо еще, повариха догадалась дать нам с собой еды, так что времени тратить не придется.
— Настоящее сокровище, — похвалила Фортейн. — Повезло тебе, сестра, найти такую преданную служанку. Она ведь не старше нас с тобой, а какая умница! Не дай бог захочет вернуться в Эйр!
— Вряд ли, — усомнилась Индия. — Папа тайком от Мегги послал в Эйр человека — узнать, что сталось с ее матерью, и выяснилось, что та умерла еще до того, как дочь попала в рабство.
На ужин подали жареного каплуна, пирог с кроликом, разогретый в печи, сыр, хлеб и яблоки. Индия усадила Дайармида за стол, несмотря на все протесты, и даже притащила из комнаты еще два табурета.
— Завтра обязательно отправляйся в Гленкирк, — наказывала она, — и скажи папе, что нам нужны морковь, лук-репка и лук-порей.
— Почему нет, миледи? Хорошая еда, — удивился шотландец. — Но герцог велел во всем вам угождать, поэтому я, разумеется, так и сделаю. Пока погода хорошая, можно не раз съездить туда и обратно. Может, что еще захватить?
— Груши! Они хорошо сохранятся в прохладе! — сообразила Индия.
— И соленья! Неплохо бы немного джема! Люблю хлеб с джемом, — добавила Фортейн.
— Проверь, Мегги, вдруг что еще понадобится, — велела Индия.
После ужина горец поднялся из-за стола.
— Пора спать. Оставляю вам колли. Заприте на засов обе двери, особенно черный ход, миледи. Я буду спать в конюшне на сеновале. Там есть клетушка.
— Ты не замерзнешь? — встревожилась Индия.
— Нет, я прижмусь к гончей — она меня согреет. — Он чуть улыбнулся и вышел. Мегги поспешно задвинула засовы.
Женщины разместились в спальне. Сестры заняли кровать, а горничная выдвинула раскладную койку. Колли легла на лестничной площадке, словно охраняя хозяек, пока наконец сон не сморил и ее.
Назавтра небо по-прежнему было ясным. Позавтракав овсяными лепешками и элем, Дайармид спустился в Гленкирк, спеша поскорее выполнить поручение. Мегги принялась приводить в порядок кухню, пока Индия и Фортейн совали нос во все углы. Их усилия увенчались успехом: в кухонной нише нашлась объемистая дубовая лохань, а в сундуке наверху — женская одежда.
— Это мамина, как по-твоему? — поинтересовалась Индия.
