Утро захолустного поместья было омрачено скандалом. Корнуэловы обеденные часы были обычным делом, но сегодня гром и молотьба переклинились на новом уровне. Я отложила книгу с неохотой и уставилась в страницу, не замечая тревоги брата по соседству.
Но не они привлекли мое внимание.
На столе, на простенькой железной подставке, лежал круглый, бордового цвета камень, излучавший сильнейшие магические колебания. Настолько сильные, что я порядком растерялась, замерев у двери.
Затем дыхание и вовсе перехватило, а магия почему-то прилила к ладоням, складываясь в непонятное мне заклинание. На миг мне даже показалось, что я его не удержу и оно, непрошенное, сорвется с моих рук.
Но что за этим последует, я понятия не имела.
Испуганно дернулась, пытаясь как можно скорее успокоить магические потоки, а заодно приказывая успокоиться еще и себе.
Уставилась на него, размышляя, что бы это могло быть.
Ответ напрашивался сам собой, но я мысленно покачала головой. Нет, сказала себе, этот круглый камень вряд ли может быть Сердцем Пламени, которым так славился Арондел! Не верю, что столь бесценную вещь запросто достали из королевской сокровищницы и принесли в западное крыло, и теперь она стоит здесь, на этом столе, на обычной подставке, охраняемая всего-то двумя магами!.
К тому же папа многое мне рассказывал о древнем артефакте, и я имела представление о его силе. Нет, сокровище Арондела было другим, невероятной и завораживающей мощи!
— Проходите, леди Корнуэлл! — подал голос пожилой маг.
Кажется, они так и не обратили внимания на мою заминку у дверей. Вернее, на то, что из меня чуть было не полилась магия, сложившаяся в неведомое заклинание.
Подошла, поклонилась.
— Доброго вам вечера, господа!
— Леди Корнуэлл, прошу вас, садитесь! — молодой маг указал на пустующее кресло. — Это не отнимет у вас много времени, если, конечно, вы ответите на наши вопросы честно, ничего не утаив.
— Я отвечу на все ваши вопросы предельно честно и ничего не утаив, — сказала ему, устроившись в кресле. Хотела посмотреть магу в глаза и не смогла: артефакт притягивал все мое внимание. — Если, конечно, сочту, что готова на них ответить."
"— Вы же понимаете, — нахмурился пожилой маг, — что вам придется поделиться с нами тем, что у вас на душе.
— Это простая формальность, леди Корнуэлл! — тут же подхватил молодой.
Улыбнулся мне, заявив, что понимает причину моего смущения и нежелания говорить на столь деликатные темы. Но им все же придется задать мне два вопроса.
Спросить, девственна ли я и свободно ли мое сердце.
