Аккуратно срезала грязные бинты и начала промывать. Рана была на четыре пальца выше колена и прошла насквозь, зацепив только мягкие ткани. Если бы не яд, Орэт бы быстро поправился и даже не хромал. Промыв ногу от крови, заметила чёрные вены, паутинкой расползающиеся от раны. Яд покрыл почти всю ногу и уверенно полз наверх. Мотнув головой, зачерпнула мазь и толстым слоем нанесла на рану.
Каким бы он ни был в прошлом, что бы ни сделал, не желала смерти маркизу. По правде говоря, и пять лет назад не желала им всем смерти. Даже после похищения, усыпления и угроз. Наказания - да. Порицания - да. Осуждения со стороны общественности – да. Но Орэт уже наказан, и мне кажется, сполна, так как остался ни с чем. Мужчина рассказал, почему Радгар отступил. Оказывается, король за обман лишил их оставшейся половины имущества, работы и титулов. Вот почему герцог уехал. Он решил забрать мою долю, раз мне она не нужна, и благополучно жить на широкую ногу, пусть и без прощения. Скатертью дорожка, как говорится.
– Ты не закончил историю, – напомнила я, перебинтовывая бедро. Маркиз со стоном согнул ногу, чтобы мне было удобнее.
– Я тогда считал, что случившийся казус из-за того, что не отошел от метки правителя. Попробовал вновь, на этот раз без алкоголя. И хоть желание бурлило во мне, но ничего не функционировало. Долгое время молчал. Ни с кем не мог поделиться, стыдился своего недуга. Я готов был умереть и бросался в самую гущу событий. Удивительно, как меняются приоритеты, когда ты становишься недееспособным ниже пояса, – Орэт криво улыбнулся и вернул ногу на подушку. – Со мной всегда был Радгар, он тоже не жалел себя, рисковал. В одной из битв мы попали в засаду, нас окружили враги, оторвали от наших и пленили. Им нужны были разведданные, и нас пытали. Мы не сдали своих. Готовы были к смерти оба. Тогда-то Радгар и признался, что я не один такой недееспособный. И там мы поняли, что всё из-за призыва. Нас прокляли.
– Вас спасли из плена? – села под его бок, теперь умывала лицо и счищала волосы от пыли и веток.
– Да, король своих лучших воинов не бросает. Каким бы жёстким ни был Алард, в первую очередь он ценит верность и отвагу. За эти качества мы и смогли стать ближе к королю. Завоевать его поддержку. И ни разу за эти годы не дали ему усомниться в нас.
– Алард? – опять зацепилась за знакомое слово.
– А эта Печать Тьмы. Её ставит кто-то специально нанятый? – осторожно спросила, прощупывая почву.
– Нет, – нахмурился Орэт и неосознанно потёр руку с брачной меткой. – Он принимает решение, озвучивает сроки, и на руке выжигается чёрное клеймо. Как замок, что запирает сознание в теле. Это больно.
Накрыла его пальцы ладонью и сжала. Орэт перевёл взгляд, грустно улыбнувшись.