– Ты необычная, Натали, – Мужчина высвободил конечность и провёл шершавыми пальцами по щеке. Заправил локон за ухо и заворожённо смотрел. – Если бы я тогда не струсил. Если бы плюнул на всё и привёз в свой дом. Уверен, ты бы ждала меня с войны.
– Вылью грязную воду. Сможешь надеть хотя бы пижамные штаны?
Мне стало немного неловко. Соскочила с дивана и заметалась от тазика к грязным тряпкам. Пока я носилась, прибиралась в гостиной, разогревала суп и ставила чайник, Орэт с горем пополам надел мягкие штаны и снова лёг.
– Тебе нужно немного поесть, – поставила поднос с горячими блюдами на угловой столик и опять присела рядом.
Орэт спал. Не хотелось будить, но мне не нравилась его бледность. Да и капли пота стекали с висков. Потрогала лоб. Горячий. Даже обжигающий. Нужно срочно сбить температуру. Оставив поздний ужин, опять побежала за тазиком и полотенцами. На этот раз села обтирать его холодной водой с каплей уксусной эссенции.
Через час постоянных холодных обтираний температура пошла на спад. Честно сказать, я очень устала и, облегчённо выдохнув, села под бок пациента.
– Борись, Орэт. Выживи! – прошептала, смотря на спящего красавца, погладила по руке с брачной вязью. – Если Богиня не избавит тебя от проклятья, мы познакомимся заново. Возможно, сможем полюбить друг друга и построить семью. Главное – выживи!
Ещё через час Орэт начал бредить. Он метался, выкрикивал грубости и размахивал руками, будто отбивался от кого-то. Похоже, ему снилась война. Я старалась успокоить его, гладила по волосам, шептала, что он дома и не один. Но он не понимал этого. Когда в очередной раз подошла успокоить его, Орэт грубо оттолкнул меня. Я не устояла и упала на ковёр, ударяясь виском об острый угол стеклянной столешницы журнального столика. Перекатилась на задницу, держась за рассечённую бровь. Конечно, это не его вина, он спит, и это действие яда. Сама дура полезла. Нужно было просто разбудить. Громко заорать может.
– Орэт, проснись! – рявкнула я со всей дури и стукнула кочергой об мраморную часть камина.
Мужчина с громким рыком резко дёрнулся, сел и стеклянным взглядом уставился на меня. Отложила кочергу и подошла ближе. Его взгляд постепенно становился осмыслённее. Он заметил разливающийся синяк на глазу и кровь на брови.
– Нет, – мотнула головой. – Хочешь есть? Или, может, рассказать, что тебе снилось?
– Нет, только пить, если можно, – попросил он очень сипло. Налила из графина холодной воды и передала стакан. – Прости меня.
Орэт обречённо осушил весь стакан и упал обратно на подушки. Он долго смотрел на меня и сжимал кулаки.
– Я забираю свою просьбу. Иди к себе, – наконец сказал он.
– Ты дурак? Я никуда не уйду, через пару часов уже утро. А значит, лекарь придёт с противоядием. И Сэра с сыновьями подойдут.