Меня распирал гнев от равнодушия к чужой жизни.
Мужчина собрался на выход. Но его остановила Мирабелла и предложила подлечить мою физиономию. Отказалась. В баночке соскребу мазь со стенок и сама себя вылечу. Видеть этого эскулапа не могу, не то что доверить лицо.
– Мира, я очень устала, – жалобно протянула я, смотря, как мужчины подхватывают тело Орэта. – Безумно по тебе соскучилась, но давай отложим разговоры на вечер.
– Иди прими душ и поспи. Я тут сама всем займусь, – милостиво махнула рукой подруга, подхватывая груду грязных вещей.
– Ты цветы укрой стазисом или артефактом каким. Чтобы не завяли до завтра. И спасибо, что приехала так быстро. Я тебе безумно благодарна.
– Не боись, мать, не завянут, – хмыкнула Мира, помня мои жалобы на то, что в этом доме цветы не выживают.
Я ещё раз поблагодарила её и повела мужчин на второй этаж. Показала комнату Орэта. Работники уложили его на середину кровати и вышли. Присела рядом. До сих пор не верится, что всё прошло успешно. Глаза слипались, голова болела, накатили опустошение и слабость. Но я боялась отойти от него. Боялась, что стоит мне отвернутся, и он отдаст Богине душу. Побуду с ним немного и уйду.
Прилегла на соседнюю подушку, поправила слипшиеся волосы, отмечая, что цвет лица нормализуется. Провела по татуировке на кисте. Именно она засветилась ярко, выжигая Тьму. Похоже, этот Рома – не Каспер, дружелюбное привидение. Ведь метка связана непосредственно с Наит. Это она его уничтожила. Почему-то очень жалко стало Рому. Может быть, он не умер? Прикрыла глаза, молясь Богине, и сама не заметила, как уснула.
Проснулась от лёгких поглаживаний и поцелуев. Улыбнулась сонно, приоткрыла глаза и испуганно оттолкнула Орэта. Мужчина с лёгкостью упал на соседнюю подушку и притянул к себе под бок.
– Спасительница, – зашептал он, зарываясь носом в волосы.
– Перестань! Мы не в тех отношениях! – возмущённо пыхтела я, пытаясь выбраться из объятий. – Пусти!
– Даже отблагодарить нельзя? – удивился Орэт и, лукаво улыбнувшись, поиграл бровями. – Поверь, тебе понравится.
– Спасибо, не надо! – наконец смогла откатиться к краю кровати и соскочила.
– Спасибо, Наталья, – посерьёзнел маркиз и сел. – У меня перед тобой два долга жизни!
– Почему два? – не поняла я и, обойдя кровать, присела с другого бока. – Как себя чувствуешь? Сними штаны, посмотрю на рану.
– Ну как же. Первый за то, что вытянул тебя из своего мира. И второй за исцеление, – охотно объяснил он, стягивая штаны и отшвыривая их в сторону. Мог бы просто приспустить, конечно, но да ладно. – Чувствую себя замечательно! Правда, слабость дикая, кости ломает и мышцы ноют. Но главное – живой, остальное не так важно. Натали. Я вправду тебе очень благодарен.
Я смутилась, замечая очередную эрекцию. Но продолжала осмотр.