Мужчина ничего не делал, просто смирно сидел. Но вот его обжигающий взгляд везде побывал. А ещё я вспомнила его ночное нападение на моё тело. Как его каменная плоть тёрлась о мои выпуклости и горячее дыхание в волосах.
- Всё действительно зажило. Я же говорила, мазь целебная! – выпрямилась резко и скрестила руки на груди, пряча выпирающие соски от наглых глаз. – Ты ничего не помнишь с прошлой ночи?
– Помню, как ты меня обтирала и обрабатывала рану, – добавил хрипотцы маркиз. Он умел обольщать и, возможно, в прошлом пользовался большим успехом у дам. Не зря его правитель повесой назвал.
– И всё? – выгнула повреждённую бровь. И вот что интересно, у меня не болела голова, не болел глаз и висок. Осмотрела комнату и подошла к зеркалу.
– Я тебя ударил? – после недолгого молчания мрачно спросил Орэт.
Я разглядывала лицо без синяков и покраснений. Только разводы от крови и краснота в форме звёздочки на виске, куда пришёлся основной удар.
– Нет, не думай об этом. Я упала и ударилась об столешницу. Больше ничего не помнишь? – перевела взгляд на отражение Орэта.
– Ничего, – пожал плечами маркиз. – Что я сделал?
– Немного бредил, кричал, а после заснул и долго спал. Утром пришли работники, они перенесли тебя в комнату, – соврала я и улыбнулась. – Рада, что ты пошёл на поправку. Сегодня у тебя постельный режим. Я попрошу Сэру принести обед в комнату и навещу чуть позже.
Не дав вставить хоть слово, я выскочила из комнаты маркиза и забежала к себе. Стянула грязную сорочку и юркнула под горячий душ. Смывая самую ужасную в жизни ночь. Хотя в моей жизни были ночи и похуже этой. Обняла себя крепко и расплакалась. Не знаю, почему плакала. Орэт жив и здоров. Но меня душила боль. Будто я держала её в себе пять лет, и сейчас она затопила меня. Будто всё моё прошлое навалилось разом, погребая под собой. Медленно съехала по стене и, уткнувшись в коленки, выла.
Постепенно сковывающая всё тело боль отпустила. Я смогла собрать себя по кусочкам. Проанализировала собственное состояние и поняла, почему плакала. Какая-то часть меня, что боролась, выживала, страдала, падала и поднималась, не хотела прощать Орэта. Он был безликим, ненавистным человеком, который бросил меня в разрушенном храме. Он был одним из тех, из-за кого я не спала по ночам, из-за кого боялась собственной тени. Я не хотела отпускать обиду. Не хотела искупления для Орэта!
Я считала, что если прощу их, ЕГО, то перечеркну всё своё нелёгкое прошлое. Считала, что должна помнить обиду, хранить каждую крупицу ненависти и злости. Ведь именно это и придавало мне сил все эти годы. Именно это давало мотивацию бороться. Сегодня я отпустила прошлое. И мне впервые за долгое время стало легче дышать. Я больше не оглядывалась назад. Та Наталья смогла подняться на ноги.