В тесной спальне полыхает единственное ламповое пятно света, когда на пороге появляется мужчина с горящими глазами и вызывающим одурманивающим намеком. Я истерически хохочу в ужасе и страхе - за свою маму, маленького сынишку и самое дорогое будущее.
Я не могу сдержать ухмылку, когда она возмущенно вздыхает, явно не в силах подобрать ответ.
— Серьезно, Мурад? И это твои методы подката? — наконец, находит слова язва.
— Зачем мне подкатывать к собственной жене? — подходя к ней, сажусь рядом на диван, забрасывая руку на спинку так, что при желании с легкостью смогу обнять ее за плечи, хоть и не делаю этого. — Ты и так на крючке.
— В какие игры ты играешь? — прищурившись, спрашивает девушка, отодвигаясь от меня. — Слушай, я говорила совершенно серьезно, когда…
— Я тоже был серьезен, Самира.
"— Ты такой мерзавец, — со слезами на глазах шипит она, вскакивая на ноги. — Ненавижу тебя!
— Сильно сомневаюсь, — пожимаю плечами, хотя уверенности в том, что она не лжет у меня нет.
— Пошел ты знаешь куда? Не смей обезличивать мои чувства! Ты прекрасно знаешь, что этот твой выбор на самом деле ультиматум. Либо сделаешь по моему, либо валишь из нашей жизни.
— Ты вообще соображаешь? — не могу сдержать накатывающее раздражение, снова поддаваясь эмоциям. — Ты не мать Амира и не дочь мамы, ты няня и сиделка! Наемный персонал! Ты серьезно думала, что я отдам тебе своего сына на пожизненное воспитание, видясь с ним раз в несколько месяцев? Это с самого начала была временная мера.
Мне кажется, до нее, наконец-то, доходит, потому что Самира смотрит на меня, словно громом пораженная.
