— Это же… — у девушки задрожал голос; на глазах выступили слёзы. — Ты не продал их? Почему?
— И не намеревался продавать. Я сразу сказал тебе, чтобы ты оставила их себе. Такие дары не должны покидать семью.
— Иногда обстоятельства вынуждают нас расстаться с фамильными реликвиями.
— Не в этот раз, Руз.
— Спасибо, — опустила в смущении глаза, пряча бархатный лоскуток в кошель, где лежали подаренная госпожой Лейфде подвеска и золотые часы — всё её богатство.
Когда Кэптен тронул её за ладонь и заботливо сжал холодные пальцы, девушка затаила дыхание. По телу прошла огненная волна, разгоняя кровь. Сердце взорвалось бешеным стуком.
Поддавшись порыву, Ника встала на цыпочки, обняла мужчину за шею и прижалась своими губами к его губам — неумело, сильно, со всей страстью.
Вдохнула удивление мужчины.
Услышав его тихий ответный стон, ослабила натиск.
Ван дер Меер привлёк компаньонку к себе, ответил на поцелуй: его мягкие неуверенные губы раскрылись.
Нечаянный. Тревожный. Приятный. Чарующий.
Первые объятия любимого. Руки на талии… бёдрах.
Ника задохнулась от охватившего её счастья. Мужчина её мечты целует её! Он целовал её не как сестру, и не так, как целуют в знак благодарности. Ослабели колени; сердце от восторга то замирало, то пускалось в пляс; не хватало воздуха. Душа рвалась ввысь. К неизведанному, новому, хорошему.
Ника тысячу раз представляла, каким он станет — её первый поцелуй. Не знала, что можно быть настолько счастливой. Голову кружил смолисто-дымный аромат одежды Кэптена. Сладкая горечь его губ — мягких и податливых — вызывала желание, манила.
Нежный и ласковый, он отдавался в груди теплом. Обжигал. Возбуждал. Обещал.
Всё решает послевкусие. Всегда. Во всём. Многое зависит от того, что ты почувствуешь после. После первого обмена взглядами, после ни к чему не обязывающего общения, после первой взаимной улыбки, после первого поцелуя, после первой нечаянной ссоры. Именно это «после» является решающим.
Адриан осторожно оборвал поцелуй. Бережно обхватив ладонями лицо Ники, посмотрел в её глаза.
— Руз, с тех пор, как я вернулся…
От низкого, шипящего голоса госпожи Маргрит Ника вздрогнула и отшатнулась от мужчины. Во все глаза смотрела на приближавшуюся к ним женщину с показным спокойствием на лице. Её истинное состояние выдавали глаза кажущиеся в лунном свете чёрными, бездонными.
— Я знала, что так случится, — повторила она. — Не ожидала от тебя подобного, — обратила укоризненный взор к Ван дер Мееру. — Как ты посмел? Ты связан нерасторжимым брачным союзом… Ты… — женщина захлебнулась словами.
Кэптен опустил глаза:
— Простите, госпожа Маргрит. Мне очень нравится Руз. Если бы не моё положение…
— Вспомнил о своём положении? Уходи, — женщина рывком распахнула калитку.