В Нежных листьях и ядовитых корнях ждет интригующий сюжет: героиня, казалось бы, неспособная на убийства, оказывается в центре скандала. Расследование, полиция и шумиха обрушиваются на неожиданно спокойную женщину, прикончившую жертву. Как она будет противостоять общественному потоку, или ее нервы выдержат?...
Смешную, бестолковую, толстую Мотю с родимым пятном на лбу, Мотю, которая говорит «пумпон» и обожает своих детей и мужа.
Ей отчетливо вспомнилось, как Губанова хваталась за живот, когда переваливалась через сугроб. «Господи, я должна была раньше сообразить! Это жест беременной женщины. Неважно, какой у нее срок – она инстинктивно прикрывает ребенка».
Из-под нижних ветвей, словно из-под широкой темно-зеленой юбки великанши, торчали ноги в потертых коричневых ботинках. На земле был виден след от тела.
– Приволокла сюда, запихала под ель, – пробормотал Сергей.
– Постарайся тело не сдвинуть.
– Поучи меня еще.
Они оба как будто забыли о Маше, но так ей было даже легче.
– Сколько минут прошло с появления пацана, ты засек?
– Три.
«Три минуты? Всего лишь?»
– Маш, вернись в отель, – попросил Сергей.
Но она упрямо покачала головой.
– Я должна ее увидеть.
Сергей подавил вздох.
– Макар, держи эти чертовы колючки.
– Держу. Давай.
Макар приподнял огромную, тяжело обвисшую нижнюю лапу, и их глазам открылось подобие шалаша в основании елового ствола.
На замшелой ветке над ней сверкнул солнечный луч. Маша взглянула на тело, и у нее подкосились ноги.
– Серега, – предупреждающе крикнул Макар. – Обморок!
Тот обернулся, не успев подлезть к стволу.
– Черт, Маша!
– Все нормально, – проговорила она. – Никакого обморока. Просто это не Мотя.
Несколько секунд Бабкин, словно не понимая смысла ее слов, смотрел на побледневшую жену, а потом обернулся к телу.
– Ну да, вижу. Это…
– Лосина, – подтвердила она. – Анжела Лосина.
Макар присвистнул от удивления.
– Вот так номер… – пробормотал Бабкин. – А Губанова тогда где?
– Будем надеяться, не лежит под соседним деревом, – цинично заметил Макар. – Хотя такой маскировочный шатер тут один. Серега, что у нее?
– Черепно-мозговая, насколько могу судить. Факт смерти зафиксирован… – Бабкин взглянул на часы, одновременно прижимая пальцы к шее.
Маша с Илюшиным подскочили.
– Что? Что такое?
– Пульс есть! Маша, быстро за врачом! Быстро!
2Когда «скорая», увозящая Анжелу, скрылась за поворотом, Бабкин отвел Машу с Макаром от столпившихся перед входом озабоченных посетителей и предупредил:
– У нас еще около пяти минут.
– До чего? – живо спросил Илюшин.
– До приезда полиции. Подстанция «скорой» здесь в два раза ближе.
