Спустя годы после школы героиня встречает свою былую обидчицу, королеву класса, которая травила её в детстве. Но жизнь распорядилась по-своему: некогда всесильная королева теперь беззащитна. Роман о том, как меняются люди, о силе памяти и о возможности отмщения, которую дарует судьба.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Нежные листья, ядовитые корни» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Спустя годы после школы героиня встречает свою былую обидчицу, королеву класса, которая травила её в детстве. Но жизнь распорядилась по-своему: некогда всесильная королева теперь беззащитна. Роман о том, как меняются люди, о силе памяти и о возможности отмщения, которую дарует судьба.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Елена Ивановна Михалкова Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
Спустя годы после школы героиня встречает свою былую обидчицу, королеву класса, которая травила её в детстве. Но жизнь распорядилась по-своему: некогда всесильная королева теперь беззащитна. Роман о том, как меняются люди, о силе памяти и о возможности отмщения, которую дарует судьба.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Маша покачала головой.
– Она была сильной личностью. И абсолютно никого не боялась!
– Еще бы – при таком папе.
– Нет, Сереж, дело не в папе. Это черта характера. Светка могла родиться в трущобах и все равно плевала бы под ноги всем, кто пытался бы утвердить над ней свою власть. Заставить ее делать то, что она не хотела, не мог никто.
1995 год, районная школа
– Света, задержись на минутку!
Рогозина удивленно обернулась к завучу, сидевшей над тетрадями с красной ручкой. Завуч на этой неделе заменяла всех учителей подряд и к пятнице выглядела совершенно обессилевшей. «Дерьмовая работенка, – подумала Светка. – И как только на нее люди добровольно соглашаются?»
– Да, Инна Аркадьевна?
– Дежурный класс в полном составе с уроков сбежал, – сказала та, не отрывая взгляда от очередного сочинения. – Будь добра, пройдись со шваброй. Господи, что они пишут, что они пишут! – она всплеснула руками. – «Раскольников был продукт». Вот как это понимать? Какой продукт – маргарин, что ли?
– Продукт эпохи, Инна Аркадьевна.
– Ах, эпохи…
Завуч с бессмысленным взглядом покусала ручку.
– Маргарин, между прочим, тоже продукт эпохи, – рассеянно заметила она.
«Кукукнулась Голишкина, – констатировала Светка. – Шифер перегрелся на сочинениях».
– Простите, Инна Аркадьевна, я не поняла, что мне сделать, – вслух сказала она. Ей представилось, как она шагает по подиуму от бедра, помахивая шваброй. «А что, концептуальненько!»
– По классу пройдись, – повторила завуч. – Вон как меловые следы разнесли.
Рогозина с изумлением уставилась на нее.
– Пол помыть, что ли? – после долгого молчания уточнила она.
– Да-да, протереть влажной тряпкой."
"Инна Аркадьевна принялась размашисто писать что-то на тетрадном листе, не обращая больше внимания на Светку.
Но Света так долго и пристально смотрела на нее, что завуч ощутила на себе тяжелый взгляд и очнулась.
– Да? Что? – на секунду она забыла, о чем говорила с этой красивой девочкой.
– Инна Аркадьевна, я не буду мыть пол.
– Прости?
– Я не буду мыть пол, – громко повторила Рогозина. Широко расставленные зеленые глаза смотрели на завуча со спокойной уверенностью.
Голишкина сняла очки.
– У тебя аллергия на пыль?
– Нет у меня никакой аллергии, – Светка даже улыбнулась. Она могла бы выдумать тысячу причин, но не понимала, чем плоха правда. Ей нравилась завучиха, хоть та и выглядела как очкастый кролик, и Светка не хотела оскорблять ее враньем.
– Тогда в чем дело?
– Я просто не буду. Не хочу.
Инна Аркадьевна надела очки и, моргая, уставилась на девушку.
– Я тебя не понимаю, Света.
Светка раздраженно переступила с ноги на ногу. Господи, что здесь непонятного!
– Я считаю, что это унизительно, – пояснила она.
