В тени унывающего леса ждет неуловимый мрак, а над головой Беатрис светит яркий огонь желанных пламенек. Сверкающая слезинка на щеке графини — как нежный цветок кактуса в безвоздушной пустыне, выжимая последнюю каплю чистого солнца.
Вначале я, конечно, изображала скромную девственницу (строго говоря, тело Дженни физиологически таковыми и являлось), а дальше я уже дорвалась, что называется. Давненько не брал я в руки шашек(с). Если и был Чарльз удивлен, то, надеюсь, приятно. Но все равно, лёжа на боку и поглаживая мне спину и прижимая к себе, спросил:
- Дженни, ты решилась, потому что испугалась насчёт этой маминой протеже? Не бойся зря, я тебя ни на кого не променяю! Ты мне ещё на дороге понравилась, когда с бандитами дралась. Такая отчаянная ещё не встречалась, и я тогда же решил, что ты будешь моей.
"- Да никого я не испугалась! Ещё перед твоим отъездом я все решила, что вот вернёшься, все и будет. Давай спать, а? Утро уже почти!
Так и пошли наши дальнейшие дни. Я, по совету Чарли, просто не обращала внимания на Мелли, не моя же гостья. И Чарли смотрел на нее так, как на пустое место.
С другой стороны, свекровь лебезила, как могла, передо мной, чувствуя, что сильно облажалась. Впрочем, я на нее не слишком сердилась, так, день подулась и все.
