Автор
Лондон, 1818 год — Джорджина Андерсен бросает редиску на таракана, случайно разбивая её в стене. Таракан испугался и прячется. Эта маленькая провокация отражается на Джорджеине как потеря части своей жизни — где-то из её бытия исчезает удовольствие от совместного существования с живыми существами....
И я не вижу большого смысла встречаться с остальным твоим семейством.
– Ты позволяешь себе бояться Джереми, да?
– Конечно, нет, – ответила она, с удивлением посмотрев на него.
– Тогда что тебя беспокоит? В противоположность твоей семье, мои родственники будут обожать тебя. И ты прекрасно сойдешься с Рослинн. Она, я думаю, всего на несколько лет старше тебя.
– Рослинн, твоя невестка? Та самая, которая будет возражать против моего пребывания здесь? И какого же брата она жена?
– Энтони, конечно. Это ж его дом.
– Ты хочешь сказать, что он женат?
– Он надел на себя хомут за день до того, как я встретил тебя.
– Тебе, по-моему, неплохо побыть здесь, однако, – со значением сказала Джорджина. – Мог бы рассказать мне об этом и до того, как мы приехали сюда, Джеймс.
Он равнодушно пожал плечами.
– Я не думал, что тебе будет интересно слушать про мое семейство. Мне твои точно неинтересны. В чем дело? – спросил он, увидев, что у нее на мгновение отвисла челюсть, а потом она снова повернулась к нему спиной. – Я не хотел обидеть тебя, дорогая, тем, что не выношу этих варваров, которых ты называешь своими братьями.
– Мои братья не вели бы себя по-варварски, если бы ты нарочно не провоцировал их. Любопытно, как бы отреагировало твое семейство, если бы я сделала то же самое.
– Гарантирую, что тебя не подвергнут порке и не отвезут на телеге на Тайнбернский холм, чтобы тебя там повесили.
– Скорее всего, нет, но я им не понравилась бы. И они стали бы сильно удивляться, как это ты потерял голову и привез меня сюда.
Он усмехнулся и подошел к ней сзади.
– Напротив, моя дорогая девочка. Делай и говори, что тебе заблагорассудится. Ты все равно будешь принята так же хорошо.
– Почему?
– Потому что благодаря мне ты стала одной из Мэлори.
– И это считается важным?
– Скоро ты сама все услышишь, я уверен, но тебе не удастся этого сделать, если ты не оденешься.
Она отмахнулась от руки, которая обняла ее и взялась за верхний край ее рубашки.
– Думаю, что я сама справлюсь, спасибо. А чьи это одежды, кстати? Рослинн?
– Это был бы самый убедительный ответ, но это не так.
Она чуть покрупнее тебя в настоящее время. По крайней мере, так уверяла меня ее служанка. Поэтому я послал к Реган, которая одного с тобой размера.
