Автор
Данте Дишон стоил только то, чтобы зайти в терминал аэропорта. Сердце бешено забилось и лоб потемнел от напряжения. Это был не просто поездка — это спринт по всем земным часам, перемещение между городами, где каждый день было новым приключением. Наконец-то он смог улечься в любимый кресло и оценить этот момент в одиночестве — аэропорт стал его безопасной гаванью после долгих путешествий....
– Есть какие-то планы на сегодня?
Разглядывая знакомые улицы, Ива вдруг поняла, что сейчас они попрощаются. Но так нечестно! Он не просто ей отказал, но намеренно заговорил о других женщинах, француженках, словно специально хотел показать, как легко ее забыть. И это как раз тогда, когда она размышляла, что он не из тех, из кого получаются мужья и отцы. А значит, практически идеальный мужчина для такой, как она.
Что ж, похоже, ей придется просто забыть глупую фантазию. Уж как-нибудь она это переживет. Как уже пережила множество всего остального.
– Прогуляюсь в Риджентс-парке, сейчас там все цветет, а вечером схожу в кино с друзьями. А ты?
– Заберу сумку и полечу во Францию. – Он подавил зевок. – За последние дни столько всего случилось.
Вот оно.
Ива наконец-то поняла, что имела в виду мать, говоря, что всегда следует держать марку. И сейчас вошла в дом с высоко поднятой головой и расправленными плечами.
Вытащив из шкафа сумку, она протянула ее Данте.
– Можно посмотреть на тиару?
Он покачал головой.
– Не стоит.
– Даже несмотря на то, что я случайно пронесла через таможню незадекларированную драгоценность?
– Сама виновата. Не нужно хватать чужие сумки.
Не нужно было ее отвлекать.
– Я же могла оказаться в тюрьме.
– Я бы заплатил за тебя залог, – улыбнулся Данте.
– Это всего лишь слова.
– Ты не доверяешь моему слову?
Ива пожала плечами.
– Я не настолько хорошо тебя знаю, чтобы что-то ответить.
"Стоило Данте расстегнуть футляр и вытащить усыпанную бриллиантами и изумрудами тиару, как Ива невольно умолкла.
– Красота какая, – выдохнула она едва слышно.
Столь неприкрытое восхищение задело в нем какие-то струнки, и, прощаясь, Данте почувствовал налет грусти.
