Автор
Руслан изучает фотографию в кабинете, где царит тенденциозный сумрак под угрюмыми роллетами окон. Невыразимо красивая молодая девушка на снимке — возможно, блондинка, но это уже второстепенно. Главное: он решил завербовать ее, не замуж брать. Загадочная атмосфера притихшего кабинета лишь усиливает тревожные ощущения Руслана....
Молчит… Молчит…
— Лолита Александровна…
И лопает.
— Вы меня простите, но мне так по инструкции нельзя. Если объект не охраняемый… Или если вы не с доверенным человеком…
Блядь.
Это очень ожидаемо. Это не должно вызывать эмоций, я к этому и готовилась, но все равно начинает потряхивать.
— Мне никто не запрещал встречаться с подругами без присутствия охранника, Марк. Перечитай свою инструкцию, — самой мерзко от тона и слов, но встреча с Русланом важнее.
— Я не буду вам мешать. Буду в стороне.
— Марк, нет.
В салоне снова становится тихо. Машина едет плавно. В его глазах я сейчас, скорее всего, взбалмошная малолетка, мешающая работать. В моих я совершаю революцию.
— Извините, Лолита Александровна, но я не могу. Если хотите — позвоню Борису Андреевичу. Если он согласует…
— Звони, — взмахиваю рукой и откидываюсь на спинку кресла. Играю в безразличие, внутри проговаривая требовательную речь к начбезу Яровея, а у самой даже поджилки трясутся.
Гудки бьют электрошокером по нервам. Шесть. Семь. Восемь. Он не берет.
— Видишь, мои дела настолько незначительны, что от тебя можно даже трубку не брать.
Развожу руками, выворачивая разговор в нужную мне сторону. Марк не согласен. Хмурится. Руки проезжаются по рулю.
— Лолита Александровна… — Его тон извинительный, но под ним скрывается святая вера в ебаный протокол.
— Я тебе уже всё сказала, Марк. Ты мой водитель. Мой охранник. И я прошу тебя отвезти меня в Сафьян, оставить и не ждать.
— Вашим встречам с Екатериной Витальевной я не мешаю…
Черт, он не виноват, но я взрываюсь на него.
— Ты всегда мне мешаешь, я просто молчу! Ты думаешь к этому можно привыкнуть? Так легко забыть, что обсуждая с подругами прокладки и минеты, за моим плечом постоянно стоит посторонний мужчина?
Мне самой дурно из-за слов. Марк мне не чужой и он хороший. Я отношусь к нему тепло, но сегодня бунта внутри больше, чем тормозов.
— Извините, Лолита Александровна, я…
В эту же секунду в машине разносится звук входящего. На экране высвечивается имя Борис Андреевич.
Марк берет и я слышу такой же пронзительно-холодный голос, как и у Яровея, когда он общается с подчиненными… Или со мной:
— Слушаю, Марк.
— Борис Андреевич, вы на громкой. Лолита Александровна хочет встретиться с подругой и просит, чтобы встреча прошла тет-а-тет.
