Автор
Руслан изучает фотографию в кабинете, где царит тенденциозный сумрак под угрюмыми роллетами окон. Невыразимо красивая молодая девушка на снимке — возможно, блондинка, но это уже второстепенно. Главное: он решил завербовать ее, не замуж брать. Загадочная атмосфера притихшего кабинета лишь усиливает тревожные ощущения Руслана....
Накрывает новой волной. Хочется скинуть и плакать. Настрой сбивают слова Незнакомца, который сегодня кажется мне необычно спокойным. Ласковым. Терпеливым.
Сколько в тебе граней, Руслан? И откуда ты такой взялся в моей жизни?
— Дыши, ёж…
Он просит, и я невпопад улыбаюсь.
— Дышишь?
— Да.
— Тогда давай попробуем вдвоем?
— Что попробуем?
— Ты ещё подумаешь. Захочешь — уйдешь. А я помогу тебе сегодня. Объясню, что нужно говорить.
— Яровею?
— Ему.
— Откуда ты-то знаешь, что ему нужно? — Я живу с ним почти всю жизнь и не могу найти нужных слов.
Другой мог бы воспринять мои слова в штыки. Мужчины не любят, когда их авторитет ставят под сомнение, но Руслан — во многом необычный. Он не обидчивый.
— Я старше. А ты на эмоциях.
— Мне важно было справиться…
— Ты справишься. Я просто помогу.
***Вечером, когда Яровей приезжает домой и поднимается в свой кабинет, мой чемодан снова стоит разобранным. О не случившемся мятеже не знает ни он, ни мама, ни начбез.
Я прохожу по коридору и снова стучусь в дверь.
Слышу суховатое «войди».
Олег мажет по мне предостерегающим взглядом. Если я со скандалом — лучше не надо.
Но нет. Я не со скандалом. Я отключила эмоции и пришла говорить словами Незнакомца.
Чтобы получить желаемое — нужна хитрость. Уверенность. Выдержка. В лоб не получится.
Нужно быть умнее, чем вспыльчивая Лолита.
Наш с Яровеем разговор происходит без повышенных тонов. Меня даже не раздражает знание, что с той стороны, прижавшись ухом к щели, его слушает мама.
С Русланом в голове всё иначе.
***— Сейчас есть причины для повышенных мер безопасности?
— В данный момент нет.
***— Мне сложно жить, когда охранник ходит по пятам. Мне двадцать…
— Двадцать два, сама сказала.
— На два года сложнее, чем было в двадцать. — Олег усмехается.
***— Я ценю то, что ты делаешь для нас с мамой. Но я хочу чувствовать себя полноценной.
— Многие мечтают о твоей жизни, Лолита.
— Это потому, что они ее не жили. О твоей жизни же тоже мечтают. А ты сам кому-то ее пожелал бы? — Не мрачнеет, но смотрит иначе.
***— Ты сделал для меня гораздо больше, чем был обязан. И я это ценю. Мы любим маму. И, наверное, друг друга тоже. Ты уважаешь сильных и не даешь мне шанса доказать, что я не просто послушная пустышка.
— Ты утрируешь, Лолита.
— Я многое от тебя впитала. Не с кровью.
***— Ты мне не доверяешь.
— Дело не в доверии. И дело не в тебе.
— Я тоже так думала. Но всё же во мне. Но меня же ты воспитывал.
