В холодные зимние дни, когда все вокруг забылось и казалось мертвым, здесь жили люди, которые оставляли свои следы в обшарпанных стенах и грязных стеклах. Я шагнул на третий этаж — темнота была так густой, что кажется, если бы ты закрыл глаза, могло показаться, будто попал во тьму самой глубины океана....
– Что?!
– Тебе лучше собрать вещи. Квартира, которая досталась тебе в качестве подарка на свадьбу, по-прежнему остается за тобой.
– Ты забываешься, – Эльвира хищно сузила глаза и уставилась на меня. – Я не перееду. Я требую, чтобы ты вышвырнул шлюху, иначе я буду жаловаться деду. Он вправит тебе мозги. И мы все знаем, как именно."
"От ее слов моя спина напряглась. Каждая мышца натянулась, растягивая шрамы. Стало неприятно, будто фантомная боль вернулась.
– Не думаю, что его так сильно волнует, с кем я сплю, – пожал плечами.
Эля заткнулась. Ее лицо стало пугающе красным. Зрачки расширились, налились кровью белки. Что же, она уже на грани.
– А теперь отправляйся и собирай свое барахло. И проваливай из дома. А мне нужно поработать.
Я развернулся и ушел из холла, слушая тишину. Эля молчала. Молчала до тех пор, пока меня не привлек ее безумный крик.
Не прошло и минуты, как меня отвлекли от дел. Тихий стук в дверь заставил все-таки встать и выйти.
На пороге мялась Регина, нервно пряча руки.
– Марат Русланович, там, – проговорила она и опустила глаза в пол.
– Что там?
– Эльвира Ренатовна и Варвара, – она вновь взглянула на меня.
– Что они?
– Ругаются. То есть, Эльвира Ренатовна налетела на девушку и бьет ее. То есть, пытается побить ее.
– Регина, вам не нужно так нервничать. Они сами разберутся, – вот я не намеревался лезть в чужие разборки, тем более бабские. Пусть машут своими кулачками, выщипывают волосы, а я уж потом разберусь, когда буду оплачивать салоны красоты.
– Но, Марат Русланович, Эльвира Ренатовна грозится убить Варвару. Она бросает в нее вещами.
И словно в подтверждение слов домработницы я услышал звонкий звук разбивающейся вазы.
– Обновим интерьер, – вновь пожал плечами.
Регина лишь вздохнула. Она понимала, что я не буду лезть и растаскивать по углам двух дерущихся женщин. Варвара должна была отстоять себя, защититься, а не ждать, когда придут и вновь спасут. У девчонки должны вырасти зубки, которыми она будет перегрызать чужие глотки, если захочет жить. А ей придется учиться быть сильнее и жестче рядом со мной.
