Автор
Мир вокруг меня распадался, но я продолжала жить, увязшись в мраке собственных мыслей и желаний. Я стала тенью самой себе, оглушительно осознавая свою никчёмность и ненужность. Но даже такую жизнь я любила, надеясь на чудо, когда он вернёт меня обратно.
— Правильно маме надо делать комплименты. А какая твоя мама, Гриша? Какого цвета у нее волосы?
Снова все дернулось в груди. Испугалась. Даже дышать перестала.
— Мы пойдем. Я отведу его во флигель, чтоб не мешал вам. Потом вернусь убрать в вашей комнате.
— Я кажется не говорил, что твой сын мне мешает.
— Ему надо принять лекарства он приболел и потом укладывать спать. Он спит днем.
— Я не хочу лекалства и не хочу спать. Я иглать хочу!
Я схватила сына за руку и стянула со стула. Радость как-то мгновенно испарилась.
— Ну ладно. Делай, что мать говорит.
Облегчение я испытала только когда мы оказались во флигеле, и я напоила Гришу чаем на травах и уложила в кровать. Он выглядел взбудораженным и очень перевозбужденным. И… как ни странно ему понравился Захар. Он постоянно о нем говорил.
— Он похож на волка. Умного и очень сильного. Я хочу вырасти и стать таким как он.
Усмехнулась и погладила по непослушным темным волосам. Знал бы ты, малыш, насколько ты уже на него похож.
* * *После уборки в комнате и кабинете я уже собиралась уходить. Подошла закрыть окно и застыла, облокотившись руками на подоконник. Захар стоял на каменном плато, а через несколько сантиметров начиналась лестница из высоких каменных ступеней, ведущих вниз в сад.
— Не сметь! Я не просил!
Закусив губу так и стояла сзади удерживая его трость и не знала, что теперь сказать или сделать.
— Впереди ступенька высокая и глубокая. — сказала и медленно выдохнула. — на расстоянии пары сантиметров от вас.
Сделал шаг и еще один, нащупал ногой выступ и спустился на одну ступень.
— Там еще шесть таких. Ширина примерно с вашу ступню.
Смотрю на красивый четко очерченный на фоне пронзительно синего осеннего неба, профиль, и сердце сжимается.
