Дрожащая рука на холодном стекле и бескрайний морской шато – величие, за которым скрывается жуткая спокойствие. Эта женщина чувствует одиночество и неволю в огромной тишине, окруженная людьми с наигранной сочувствием. Как она верит, что кошмар окончен, а новый лишь начинается?...
Оно не твое, это драгоценное украшение…
Влада постаралась как можно аккуратнее отстраниться от Васеля, выбраться из его объятий. Провела по его красивому расслабленному лицу, голой груди, непослушным волосам. Он сквозь сон поцеловал ее руку, поменял позу, но не открыл глаза. Рассвет только – только занимался. Она должна была идти, дело не требовало отлагательств. Надо было воспользоваться его спокойствием, его безмятежным сном. Пусть он ничего не узнает раньше времени, пусть даст ей фору, пусть даст шанс поставить точку.
***"
"Она как можно тише вышла из номера, лохматая, в смявшемся платье. Поднялась в свой номер, встретив в фойе этажа уже знакомого приставленного к ней консульского агента Ивана Ильича с красными заспанными глазами, читающего вчерашнюю газету.
– Вы сегодня уже успели натворить глупостей? – спросил он устало, но как – то по – свойски, понимающе…
Она развела руками.
– Как видите. Дайте мне двадцать минут – и выезжаем…
ГЛАВА 7
Двумя днями ранее
– Вы должны встретиться с Дибом и спросить его о том, что мы Вам скажем спросить. Поймите, это крайне важно, – деловито и серьезно внушал ей Иван Ильич.
Влада сглотнула. Она не была готова к встрече с Каримом.
– Что вы хотите, чтобы я сказала? – спросила, наконец, Влада. Сама того не ощущая, она молчала не менее пяти минут. Иван Ильич не нарушал молчания, понимая, что ей нужно собраться с силами. Что уж говорить, ситуация была более, чем специфическая.
Теперь с его стороны повисло длительное напряженное молчание…
– Дибу грозит смертная казнь через повешение. Вернее, она ему не грозит.
Влада слушала все это без единой эмоции на лице.
