Сан-Франциско весной 1995 года: атмосфера напряжения и острого осознания важности правды. Окружной прокурор Карл Андруз, обретя уверенность в правильности своей версии, оказывается в центре скандала, когда его доверенное лицо, женщина-врач, оказывается втянутой в инкриминируемую ему смерть. Внутренняя битва между нравственным долгом и личным страданием - вот что ждет героев в этом драматическом произведении "Ничто не вечно"....
Гас Венабл подождал, пока умолк шум, и, когда наступила тишина, продолжил:
– Вы уверены, что именно эти слова сказал доктор Баркер доктору Тэйлор? «Вы убили его»?
– Да.
– И вы подтверждаете, что мнение доктора Баркера как врача ценится очень высоко?
– О да."
"– Благодарю вас. У меня все, доктор. – Венабл повернулся к Алану Пенну: – Свидетель ваш.
Пенн поднялся и подошел к свидетельскому месту.
– Доктор Петерсон, я никогда не присутствовал при операции, но могу себе представить, что в операционной царит огромное напряжение, особенно когда это такая серьезная операция, как операция на сердце.
– Да, напряжение очень велико.
– Сколько человек находится в такие моменты в операционной? Трое или четверо?
– О нет. Человек шесть, а то и более.
– Действительно так?
– Да. Обычно два хирурга, один из них ассистирует, иногда два анестезиолога, операционная сестра и как минимум одна сестра, следящая за работой оборудования.
– Я понял. Значит, в операционной должно быть довольно шумно. Врачи дают указания, ну и тому подобное.
– Да.
– И насколько мне известно, во время операции звучит музыка, это уже стало общей практикой.
– Это так.
– Когда доктор Баркер вошел в операционную и увидел, что пациент умирает, всех, наверное, охватило еще большее волнение.
– Понимаете, все были очень заняты, стараясь спасти пациента.
– И здорово шумели?
– Да, шума было много.
– И тем не менее, несмотря на волнение, шум и музыку, вы смогли услышать, как доктор Баркер сказал доктору Тэйлор, что она убила пациента. В такой обстановке вы вполне могли ошибиться, не так ли?
– Нет, сэр, я не мог ошибиться.
– Почему вы так уверены?
Доктор Петерсон вздохнул.
– Потому что я стоял прямо возле доктора Баркера, когда он сказал это.
– У меня больше нет вопросов, – уныло произнес адвокат.
Дело разваливалось, и Алан Пенн ничего не мог с этим поделать. А дальше, пожалуй, будет еще хуже.
Свидетельское место заняла Дениз Берри.
– Вы работаете медсестрой в окружной больнице «Эмбаркадеро»?
– Да.
– Как долго вы там работаете?
– Пять лет.
– За время работы вам приходилось слышать какие-нибудь разговоры между доктором Тэйлор и доктором Баркером?
– Конечно. Много раз.
– Вы можете повторить нам какие-нибудь из этих разговоров?
Сестра Берри посмотрела на доктора Тэйлор и замялась.
– Понимаете, доктор Баркер мог быть очень резким…
– Я не об этом спросил вас, сестра Берри. Я попросил вас вспомнить, что доктор Баркер говорил доктору Тэйлор, какие-нибудь примечательные высказывания.
