Сан-Франциско весной 1995 года: атмосфера напряжения и острого осознания важности правды. Окружной прокурор Карл Андруз, обретя уверенность в правильности своей версии, оказывается в центре скандала, когда его доверенное лицо, женщина-врач, оказывается втянутой в инкриминируемую ему смерть. Внутренняя битва между нравственным долгом и личным страданием - вот что ждет героев в этом драматическом произведении "Ничто не вечно"....
– Почему же вы не уйдете от него?
Миссис Овенс пожала плечами. Это движение вызвало у нее боль.
– Мне с детьми некуда идти.
Хони слушала пациентку, и ее охватывала ярость.
– Но поймите же, так нельзя жить! Есть специальные приюты и агентства, где о вас позаботятся, защитят вас и ваших детей.
Женщина печально покачала головой.
– У меня нет денег. Я работала секретаршей, но потеряла работу, когда он начал… – Она не смогла закончить фразу.
Хони погладила ее по руке.
– Все будет в порядке. Я прослежу, чтобы о вас позаботились.
Через пять минут Хони уже была в кабинете доктора Уоллиса. Он обрадовался ее приходу, гадая про себя, что же она принесла с собой на этот раз. Каждый раз она пользовалась новым средством: теплый мед, горячая вода, жидкий шоколад и – что ему нравилось больше всего – кленовый сироп. Ее изобретательность не знала границ.
– Запри дверь, детка.
– Я не могу остаться, Бен. Мне надо вернуться.
Она рассказала ему о пациентке.
– Ты должна сообщить в полицию, – потребовал Уоллис. – Так предписывает закон.
– Но закон не защитит ее. Послушай, все, что ей нужно, так это уйти от мужа. Она работала секретаршей. Разве ты не говорил, что тебе нужен работник в регистратуру?
– Что ж, да, но… подожди минутку!
– Спасибо, – поблагодарила Хони. – Мы поставим ее на ноги, я найду ей жилье, и у нее будет новая работа!
Уоллис вздохнул.
– Я посмотрю, что можно сделать.
– Не сомневаюсь.
Утром Хони снова навестила миссис Овенс.
– Как вы себя чувствуете сегодня? – спросила она.
– Лучше, спасибо.
– Ваш муж больше не будет беспокоить вас, – решительно заявила Хони. – Вы останетесь здесь, пока мы не подыщем вам и детям жилье, а когда поправитесь, будете работать в этой больнице.
Миссис Овенс недоуменно уставилась на нее:
– Вы… вы… серьезно?
– Абсолютно. У вас с детьми будет своя квартира. Забудьте тот ужас, который испытывали до этого. У вас будет приличная работа.
Миссис Овенс схватила Хони за руку.
– Не знаю, как благодарить вас.
– Могу представить, – ответила Хони. – У вас все будет в порядке.
Женщина благодарно закивала, слишком взволнованная, чтобы говорить.
На следующий день, когда Хони зашла в палату миссис Овенс, ее там не оказалось.
– Где она? – спросила Хони.
– Ох, ушла утром со своим мужем, – ответила медсестра.
Хони услышала свою фамилию.
– Доктор Тафт… палата 215… Доктор Тафт… палата 215.
