Сан-Франциско весной 1995 года: атмосфера напряжения и острого осознания важности правды. Окружной прокурор Карл Андруз, обретя уверенность в правильности своей версии, оказывается в центре скандала, когда его доверенное лицо, женщина-врач, оказывается втянутой в инкриминируемую ему смерть. Внутренняя битва между нравственным долгом и личным страданием - вот что ждет героев в этом драматическом произведении "Ничто не вечно"....
– В чем дело?
Хони все рассказала.
– Я хочу, чтобы ты поговорила с ним. Он не говорит по-английски, а ты говоришь на индийском.
– На хинди.
– Какая разница. Так ты поговоришь с ним?
– Конечно.
Спустя десять минут Пейдж уже разговаривала с Пандитом Явахом.
– Aap ki tabyat kaisi hai?
– Karab hai.
– Аар jald acha ko hum kardenge.
– Bhagwan aap ki soney ga.
– Аар ka ilaj hum jald shuroo kardenge.
– Shukria.
– Dost kiss liay hain?
Пейдж вывела Хони в коридор.
– Что он сказал?
– Чувствует себя очень плохо.
– И я тебя благодарю.
– Для чего же тогда друзья?
Холера является болезнью, которая может в течение двадцати четырех часов вызвать смерть от обезвоживания, но ее можно и вылечить за несколько часов.
Через пять часов после начала лечения Пандит Явах почти пришел в норму.
Пейдж отправилась навестить Джимми Форда. Когда он увидел ее, его лицо засветилось радостью.
– Привет. – Голос у него был еще очень слабым, но общее состояние значительно улучшилось.
– Как ты себя чувствуешь? – спросила Пейдж.
– Прекрасно. Вы слышали анекдот, как доктор говорит пациенту: «Самое лучшее для вас – бросить курить, пить и спать с женщинами»? Пациент отвечает: «Я не достоин самого лучшего. Мне бы чего-нибудь похуже».
И Пейдж поняла, что с Джимми Фордом все будет в порядке.
Кен Мэллори сменился с дежурства и собирался на свидание с Кэт, когда услышал по селектору свою фамилию.
– Доктор Мэллори. Что там у вас?
– Доктор, вы не могли бы зайти во вторую неотложку? У нас здесь пациент…
– Извините, но я только что сменился с дежурства. Найдите кого-нибудь еще.
– Никого нет, кто мог бы справиться с этим. У пациента язвенное кровотечение, состояние критическое. Боюсь, мы можем потерять его, если…
«Проклятие!»
– Хорошо.
Пациент оказался мужчиной лет шестидесяти. Он был в полуобморочном состоянии, бледный как мел, тяжело дышал и явно страдал от сильной боли. Едва бросив на него взгляд, Мэллори приказал:
– В операционную! Stat!
Через пятнадцать минут больной уже лежал на операционном столе. Анестезиолог следил за артериальным давлением.
– Давление быстро падает.
– Сделайте переливание крови.
